Первый месяц был проще, но, как только пошел второй, силы начали поникать. Мне становилось все тяжелее и тяжелее вставать по утрам. А вечером после работы я как убитая заваливалась в кровать, даже забывая ужинать. Но не пропускала ни учёбу, ни работу, как бы мне тяжко ни было.
Даже умудрялась все дела переделать, подготовиться к предмету и ещё полчасика просто полежать на диване в кабинете босса. Если бы он знал, как его кабинет используют сотрудники, уволил бы всех на фиг.
Хорошо, что камер тут нет. Можно спокойно хоть голышом ходить.
Но так сильно рисковать я не пробовала, быстро делала задания и уходила. Да и работать уже было легче, я меньше моталась по городу, а с утра ещё и вздремнуть успевала.
Жизнь налаживалась.
Пока в одни вечер, когда я уходила с работы, я не прихватил чужую флешку со стола.
Не знаю, была ли это рассеянность от усталости или я просто в темноте не рассмотрела, но узнала об этом я только в обед на следующий день.
Я пришла в салон печати, попросила, чтобы мне распечатали файл, и, как только отдали листы, была в шоке.
Там была таблица эксель с цифрами и формулами — мы такие проходим и даже на практике уже разбирали несколько случаев. И это однозначно был не мой реферат.
Забыв обо всем, я помчалась в офис, чтобы поменять флешки, и надеялась, что никто не заметил пропажи.
Из вагона метро пулей выскочила и побежала к зданию, где находился офис. Охрана странно посмотрела, но ничего не сказала, лишь проводила взглядом пробегающую меня. Лифт, как назло, не хотел подъезжать, плюнула на все и побежала по лестнице.
Только залетела в коридор, во рту все пересохло, язык будто к небу прилип. А в горле появилось тягостное ощущение, в области солнечного сплетения закололо, а на языке почувствовала привкус горечи.
Меня сейчас вырвет.
Боже, так переживать нельзя. Я стала дышать часто, чтобы убрать приступ тошноты. Но ничего не помогало. Только, наоборот, все усиливалось и усиливалось. Чтобы никто не увидел моего позора и завтрака, прошмыгнула в туалет и закрылась на щеколду.
Меня будто окатили холодной водой, дрожь в руках не стихала, и мой завтрак все же оказался в фарфоровом санузле.
Это жуть.
Убедилась, что больше позывов не было, вышла к раковине и умылась, ополаскивая рот. И пошла в кабинет к боссу. Я боялась, что он уже вернулся и о пропаже все знают, но все молчали."
"На меня, как и всегда, особо никто не обращал внимания. Я работала уже почти шесть недель, но друзей так и не завела. Да и времени особо не было.
