Выполняя следующие ценные указания верной помощницы, ткнул в незнакомую пиктограмму, появившуюся на экране, подержал трубку горизонтально в течение двенадцати секунд, проглядел появившийся отчет и криво усмехнулся:
— Герман Янович, может, мне проще сразу дать интервью журналистам?
— Не понял?
— У вас в кабинете четыре активных «жучка» и аж шесть микрокамер.
— Вы уверены? — потемнев взглядом, спросил он.
Вместо ответа я встал с кресла, пересек кабинет по диагонали и постучал по крошечному отверстию в основании бра:
— Одна камера — вот тут.
Если есть желание — можете расковырять и убедиться в этом сами.
Юрист подошел поближе, как изучил дырочку, скрипнул зубами и задал правильный вопрос:
— У вас есть глушилка?
— Есть.
— Я не вижу смысла носиться по всему зданию в поисках «чистого» помещения, поэтому включите ее, пожалуйста.
Включил. Затем вернулся к тому же самому креслу, сел и, дав волю накатившему раздражению, взял быка за рога:
— Страшно не люблю ходить вокруг да около, поэтому скажу сразу: мне подробно описали масштаб возможных проблем, причем как ваших, так и наших, задали коридор допустимого для нынешнего статуса и настоятельно рекомендовали вести себя в строго определенном ключе.
Этот «ключ» мне по душе, так как я терпеть не могу торговаться. В общем, вы озвучиваете одно-единственное предложение, и оно либо принимается, либо нет. Устраивает?
Шепелев как-то странно хмыкнул, зачем-то скрестил руки на груди
и… решительно кивнул:
— Да!
— Тогда я вас внимательно слушаю…
…Всю дорогу от кабинета Шепелева до машины я старательно держал лицо и изображал абсолютное равнодушие.
Зато после того, как сел за руль и закрыл дверь, попросил Дайну взять на себя управление, дождался, пока она заведет двигатель и тронет «Буран» с места, уставился на верхний край зеркала заднего вида, на котором бывало, замечал микродроны, и криво усмехнулся:
— Раз Шепелев прогнулся настолько серьезно, значит, Ляпишев описал далеко не все возможные проблемы Императорского банка, верно?"
"— Угумс… — сыто мурлыкнул БИУС.
— Помнишь, я как-то говорила, что обнаружила признаки контригры пяти крупнейших частных банков Империи против единственного государственного?
Я утвердительно кивнул.
— Так вот, рекламщики Императорского банка очень неплохо развили идею, подкинутую нами, и за три месяца увеличили количество вкладчиков на семь с лишним процентов. Как ты, наверное, догадываешься, эти вкладчики взялись не из воздуха. Вот конкуренты и обиделись.
