В общем, если вы пойдете мне навстречу, то первым рейсом эта четверка доставит туда все необходимые материалы и приведет в божий вид какое-либо помещение в подвале большого сруба, а вторым доставит меня, передаст под ваш присмотр и снова уйдет в Большой Мир. Скажем, на две недели…
…Мы вернулись домой в четверть пятого и потеряли дар речи еще в лифтовом холле — он оказался забит нашей мебелью, а пара десятков грузовых дроидов продолжала раскурочивать квартиру, вытаскивать все ненужное в общий коридор, забивать грузовые лифты и так далее.
Людей тоже хватало: в центре гостиной обнаружилось двое патлатых мужчин лет тридцати и крайне субтильного вида, трясших очень уж большим мобильным терминалом и что-то доказывавших Иришке, а Уфимцева, как вскоре выяснилось, таскала по комнатам помощника отца и помогала размечать площадки под эффекторы артефактного защитного комплекса «Твердыня».
Откровенно говоря, понаблюдав за этим бардаком, я почему-то решил, что без Куклы и Светы не обойдутся ни дизайнеры, ни правая рука Валерия Константиновича.
А зря: стоило озадаченно почесать затылок и оглядеться в поисках места, на которое смогла бы опуститься хотя бы моя благоверная, как «подруга семьи» оставила автограф под какой-то сметой, выдохнула приказ «Дальше сами…», подошла ко мне, вытянулась в струнку и сыто мурлыкнула:
— Все, я освободилась, а мелкая валяет дурака уже без малого час. Может, сгоняем куда-нибудь приодеться по погоде, пообедать и поразвлечься?
— На мой взгляд, нам стоит просто пройтись… — подала голос Уфимцева, тоже прискакавшая к нам: — Не знаю, смотрели ли вы в окна, но от калитки, ведущей на Весеннюю набережную, до Белой Ленты или, в просторечии, Шнурка — пешеходного моста через Ладу работы архитектора Аристарха Михайловича Демидова — от силы метров семьдесят.
А на другой стороне — аж четыре очень хороших ресторана: «Коромысло», «Мясоед», «Заноза» и «Перспектива».
Я пожал плечами:
— Почему бы и нет? Погода радует, я уже забыл, когда гулял по городу пешком, а приодеться мы сможем и попозже…"
"Сказано — сделано: мы спустились в гараж, забрали из «Бурана» куртки, вышли из ЖК и, определившись на местности, потопали к Шнурку.
К слову, я не понял, с какого перепугу автор этого архитектурного сооружения назвал его Лентой — да, мост был белым, но ни разу не плоским. Более того, за счет остекления магазинов в концах, упиравшихся в берега, ассоциировался либо с двухголовой муреной, либо барракудой, либо с угрем.
