— Э-э-э, прости, у меня случился внезапный приступ токсикоза, я иду на парковку, — оправдываюсь я. Желание ходить по магазинам дальше пропадает. Единственное, о чем жалею, — что не купила то розовое платье.
— О нет, я теряю подругу, — трагично заключает Таня и смеется в трубку. — Ладно, Решетникова, езжай лучше домой и отлежись. Я еще немного прошвырнусь по парочке магазинчиков и тоже домой.
— До встречи тогда. — Я чувствую себя виноватой перед подругой, что бросаю ее здесь, но настроения и в самом деле нет.
Сначала я по привычке сворачиваю в сторону своего дома, потом прихожу в себя и делаю огромный крюк, возвращаясь, и направляюсь к Кравцову.
Чем займусь дальше — понятия не имею. Хоть бери и крестиком вышивай, чтобы время убить.
— Я заказал ужин, — стоит мне только войти в дом, произносит Даня и проходится по мне изучающим взглядом. — Не знал, что ты любишь, поэтому заказал пасту, утку, салат и морепродукты. Доставка будет минут через сорок.
— Супер. Отлично. Спасибо. — Скидываю с себя верхнюю одежду и спешу уйти в свою комнату.
— У тебя все хорошо, Мил? — доносится в спину растерянный голос Дани. — Ты какая-то бледная.
Я останавливаюсь, медленно поворачиваюсь к нему. Моргаю несколько раз. Оцениваю своего уже мужа. Пытаюсь понять, чего хочу, и не могу. Борюсь между ненавистью к Дане за то, что не дал мне выбора, и тем, чтобы попытаться как-то сгладить острые углы между нами.
— Да, все хорошо, просто немного тошнит. Позовешь меня, когда привезут поесть?
— Хорошо, — кивает он, пряча руки в карманах брюк, но по глазам понимаю, что не поверил.
Всегда подмечал мое плохое настроение и до сих пор сохранил в себе эту способность.
— Я пока в комнате своей вещи разложу, — выдавливаю из себя улыбку и впервые понимаю, что язвить мне ему не хочется. Потому что я устала. От всего.
Когда я спускаюсь к ужину, стол уже накрыт, даже графин со свежевыжатым соком имеется. С первого взгляда заметно что Даня пытается мне угодить, и это по меньшей мере странно. Неужели решил заключить перемирие? Не похоже это на него.
— А ты, оказывается, такой заботливый, — хитро улыбаюсь я и сажусь за стол напротив Кравцова, окидываю взглядом блюда, заранее бракуя все, что, по моему мнению, слишком калорийно.
— Не стоит привыкать, с завтрашнего дня я снова буду пропадать на работе, так что тебе придется справляться со всем самой, — возвращает мне улыбку. — Тебе что-нибудь подать?
— Нет, спасибо, сама справлюсь. — Тянусь за салатом, игнорируя его предложение.
