Небольшая заминка возникла с паланкином и сопровождением – красный и пустой он привлекал бы слишком много внимания, следуя за нами, и потому Зу распорядился отправить его позже и кружным путем, чтобы избежать лишних вопросов.
Вечер был в самом разгаре, но дневной зной ещё дрожал маревом в горячем воздухе, а белые камни мостовой обжигали жаром – тройка охранников разделилась, растянув купол тепла над всеми разом – и сразу повеяло прохладой. Я с благодарностью опустила ресницы, оценив жест – южане были гораздо терпимее к перепадам погоды, чем дети Севера.
Когда мы уезжали, я не оглядывалась – копыта Фифы бодро отстукивали дробь по мостовой, но знала, что ворота поместья ещё открыты – и взгляд Тира я чувствовала спиной – шея покрылась мурашками.
Пожалел, что отдал? Передумал?
Вторая цепочка, звенья которой уходили вниз, прячась под одеждой, была тонкой, витой и непривычно тяжелой. Перед самым выходом из комнаты, слуга передал мне маленький сверток, завернутый в простой белый платок с монограммой Тиров.
«Сир Кантор просил надеть. Передано добровольно. Снять сможет только леди» – это всё, что сказал слуга. И большего мне не требовалось.
Когда я развернула белоснежный шелк – величиной почти с пол ладони, с вязью рун и древних символов, шестиконечная, точно такая, какую я видела на площади последний раз – в моих руках сияла Звезда Давида.
***В поместье Кораев мы прибыли за полночь или около – южный крест уже горел в темном небе стрелой, указывающей в сторону столицы.
Оазис, который клан Кораев наследовал и передавал из поколения в поколение, был одним из самым больших в Хали-баде. Если бы на Севере земли распределяли согласно численности рода, наши границы клановых земель уменьшились бы в десять раз. Или в двадцать?
В отличие от дома Тиров, где к этому времени все расходились спать и редких слуг можно было встретить лишь в коридорах, поместье Кораев полыхало золотыми и красными огнями артефактов, тени охранников скользили по периметру белоснежных стен, слуги бодро сновали по двору туда-сюда.
– Был ли легок путь, леди? – Управляющий клана, а это был именно он, судя по знаку на рукаве и ленте старшего, повязанной вокруг плеча, улыбался мне тепло и ласково. Как змея, у которой оставался холодный и оценивающий взгляд. Люди, занимающие такой пост в иерархии клана – любого клана, и способные удержаться на должности в течении многих зим, просто не могут быть простыми. Сожрут.
