– Блау хранят Блау, мелочь, – его прощальный щелчок по носу был почти нежным.
– Всегда, – я отсалютовала в ответ и ещё мгновений стояла в куполе одна – в абсолютной тишине, наблюдая, как безмолвная толпа течет за переливающейся серебром пленкой защиты – меня звала Фей, махала веером Марша – мы собирались по лавкам…
…тишина звенела в ушах, алая вышивка золотом на белом шелке вспыхивала перед глазами знаком Феникса, пальцы ещё хранили родное тепло…"
"– Птичка, – купол я схлопнула резко, и на доли мгновения оглохла от шума Арены.
Феникс – всего лишь птичка. Да – большая, да – сильная, да – неповторимая, но… птичка. А слабое место любой птички – крылья.
***В носу – свербило. От количества разнообразных терпких запахов кружилась голова.
– А-а-а… пчхи, – я все-таки чихнула, прикрыв лицо рукавом, и поставила небольшой глиняный горшочек с надписью «Я-чи-чи» обратно на полку. Пах чай дорого. Точнее пах так себе – средне на мой вкус, ровно до тех пор, пока я не увидела цену за одну мерную порцию – двенадцать империалов.
Двенадцать! Великий! За какую-то паршивую смесь из листьев, травок, соцветий… и пыльцы. За такие деньги он должен дарить бессмертие и воскрешать мертвых к жизни.
– …должен омолаживать и окрылять, даруя бодрость и силы, – прочитала я надпись на прикрепленной рядом на шелковом шнуре, кусочке свитка. – Не знаю насчет «окрылять», но каллиграфа лавка оплачивает самого лучшего. Так чисто не пишу даже я…
Фей заглянула через плечо, оценила почерк и улыбнулась по-доброму.
Марша фыркнула громче, и насмешливее.
– Блау, мы торчим здесь уже двадцать мгновений.
– Я выбираю чай.
– Ты не выбираешь чай, – поправила Фейу язвительно. – Ты нюхаешь все сборы подряд и изучаешь ценники. Вот это, – палец, унизанный кольцом с алым камнем, ткнул в горшочек с надписью «Я-чи-чи», – брать не рекомендую.
– Это один из двух самых дорогих в лавке.
– Мы были здесь вчера. Это любимый чай купцов средней руки.
– Купцы экономные и прижимистые, умеют считать империалы. Неужели кто-то купит чай за такие деньги? – парировала я тихо.
В этот момент дверь в лавку распахнулась, и упитанный мужчина со значком гильдии Торговцев на лацкане, в сопровождении свиты из двух слуг и охранника, прошагал к стойке, предварительно поприветствовав нас на южный манер – приложив одну руку к груди.
– Как обычно, для господина, – слуга с поклоном озвучил волю Хозяина. Торговцу отсыпали чая, взвесив на мерных весах, проверили артефактами и тщательно упаковали.
