Старик постарался совместить в нём современные защитные сплавы, а также защитные схемы, как в щите.
— Неплохо, — кивнул я. — Действительно неплохо. Но ты не продумал главный момент. Все эти части не связаны, — обвёл специально для него голени, плечи, грудь и руки, где он и хочет разместить защитные руны.
На мои утверждения он кивнул.
— Я не знал, получится ли вообще совместить всё это и поэтому пока нарисовал лишь схематичный рисунок. Если вы мне скажете, есть ли смысл продолжать и как всё это объединить, я составлю полный план и уберу все уязвимости.
— Как понимаю, ты хочешь создать зацикленную и самораспределяющую систему защиты, чтобы у тех, кто атакует, не было возможности перегрузить один блок, а даже если они его и перегрузят, то все остальные части возьмут на себя его обязанности, перераспределяя перегрузку по оставшимся блокам? — спросил я.
— Да, глава, — его глаза аж загорелись, и я улыбнулся.
Вот оно что. Вот почему он был таким спокойным. Старик вынашивал планы и не мог творить. А сейчас, когда мы это обсуждаем, он прямо оживился.
"
"— Скажем так… — я ещё раз оглядел чертёж. — У этого проекта есть будущее. Даже больше, его можно улучшить. Например, заменить защиту на ногах, и на спине на ту же руну распределения нагрузки. Она позволит ногам и всему телу в принципе меньше уставать, что позволит дольше находиться в этой броне. А самое главное — нужен общий центральный узел на груди, от которого будут работать все системы. Здесь много вариантов можно сделать, в зависимости от условий эксплуатации.
Старик улыбнулся ещё шире.
— Но ты же понимаешь, — продолжил я. — Что этот проект недешёвым выйдет? Более того, весьма непростым в эксплуатации и обучаемости ношения. Прежде чем боец научится им пользоваться на приемлемом уровне, пройдёт немало времени.
— Понимаю, глава, но… Я должен это сделать. И сделаю.
— Должен? — переспросил я.
Старик вздохнул и с какой-то грустью покачал головой.
— Старый я уже. У меня осталось не так много времени, как хотелось бы. И я не хочу уходить, не защитив Род и не сделав хоть что-нибудь полезное для него, — он посмотрел на меня.
В его взгляде я увидел твёрдость и непоколебимость. — Пока живой, пока дышу, и пока мои руки ещё могут двигаться, — его старческие ладони сжались в кулаки. — А голова может ясно мыслить — я сделаю всё, чтобы вы, глава, все наши люди, и все потомки в будущем, были защищены. Ваш долг — вести нас в светлое будущее, а мой долг — защитить будущее и нынешнее поколение Рода.
