Просто в этот момент верх одерживают гены Афанасии… Но сегодня, кажется, побеждала Анастасия, потому что Виталий нравился мне все больше и больше…
– Уже поздно, – вырвалось у меня, – зато завтра часам к семи приезжай к нам на обед, познакомлю со своими. К тому же ты – мое единственное алиби.
Виталий удивленно поднял брови.
– Мы ведь сидели в пятницу в ресторане «Макдоналдс», помнишь?
– Конечно.
– Вот и придется рассказать об этом полковнику Дегтяреву.
– Нет вопросов, – бодро ответил кавалер."
"Я безумно обрадовалась.
Наконец-то в этом темном деле прорезался луч света.
Но ликование оказалось преждевременным. На следующий день прямо с утра я предупредила своих домашних о визите гостя. Аркадий и Ольга промолчали, Денька скорчил гримасу и начал о чем-то шептаться с Машей, Оксана осторожненько осведомилась:
– Это что, новый кандидат на руку и сердце?
– Нет, конечно, – обозлилась я, – просто мужчина, которому твоя подруга по чистому недоразумению понравилась. Ну может у меня быть личная жизнь?
– Нет, – хором ответили дети и уткнулись в тарелки.
Одетая во все новое, Нюся демагогически заявила:
– Сейчас следует крайне осторожно заводить новые знакомства.
От злости я чуть было не швырнула в нее тарелку с омлетом. Чья бы корова мычала…
Ровно в семь Виталий бодрым шагом вошел в столовую. Сначала все шло прекрасно. Кавалер вручил мне и Зайке роскошные букеты, Мане – коробку конфет. Я заулыбалась и попыталась завести разговор. Но все мои усилия разбивались о каменное молчание детей и друзей.
Лишь изредка, глядя на мои ухищрения, они выдавливали из себя однозначное «да» или «нет». В общем, когда в половине восьмого Ирка объявила, что ужин готов, я сидела вся потная, красная и злая до невозможности.
На ужин подали… паровые рыбные котлеты, тушеные овощи, какую-то зеленую размазню. Я в ужасе уставилась на стол. Никогда никто из присутствующих не возьмет в рот и кусочка этих яств. Но противные родственники принялись шумно смаковать «деликатесы», восторгаясь их вкусом.
Я молча ковыряла вилкой полусъедобные биточки и мрачно думала о том, что скажу всем после ухода Орлова.
И тут в столовой появился Александр Михайлович.
– Ура! – завопила Манюня.
– Дядя Саша! – завизжал Денька, вешаясь полковнику на шею.
Все разом оживились. Аркашка пододвинул стул, Зайка расправляла на брюшке приятеля салфетку, Оксанка заботливо щупала пульс, а Дениска сметал крошки со скатерти, куда поставили чистую тарелку. Кусочки хлеба летели прямо в сторону Виталия.
