Тут в самый подходящий момент появился многоженец и, ничего не подозревая, сказал:
– Комната готова.
Потом узрел Нюсю и пробормотал:
– Здравствуйте.
– Добрый вечер, – прошелестела гостья.
– Узнаешь ее? – злобно прошипела Зайка.
– Кого? – изумился Кеша. – Вот эту девушку? Кто она?
– Твоя жена, негодяй! – заорала Ольга и, со всего размаху влепив мужу пощечину, вылетела во двор на снег в одних домашних тапочках.
– Заинька, погоди! – взвыли Маня с Дениской и кинулись за ней.
Кеша удивленно покрутил пальцем у виска.
– Говорил ведь: не затевай ремонт, не делай глупостей! Пожалуйста, результат – капитально съехавшая крыша.
Я молча протянула ему свидетельство. Аркадий открыл книжечку и хмыкнул:
– Бред. У меня в свое время утащили сумку, а там лежал паспорт. Пусть лучше дама скажет: это я с ней расписываться ходил, ну?
– Нет, – затрясла головой Нюся, – мой пониже ростом будет, потолще, волосы прямые, да и вообще лицо другое… Нет, не он… А где Аркадий, позовите его!
Тут распахнулась дверь, и Зайка вплыла в холл, словно вдовствующая королева.
– Малыш, – кинулся к ней Кешка.
– Не надо, – царственным жестом остановила его Ольга, – не оправдывайтесь, господин Воронцов Аркадий Константинович. Я, безусловно, тут же покину ваш дом, только детей возьму…
– Зая! – простонали Маня и Денька.
– Это он?! – вскрикнула Нюся, бледнея на глазах. – Он, он?
– Да, – подтвердила Ольга, – он. Между прочим, на мне успел жениться раньше. Разрешите представиться – мадам Воронцова-старшая.
Не говоря ни слова, Нюся рухнула на пол.
– Надо вызвать «Скорую помощь»! – завопила Маня.
– Ой, прекрати! – вступила в разговор Ксюша и схватила девушку за вялую руку. – Принесите нашатырный спирт.
Дети с топотом понеслись по лестнице, собаки с лаем за ними. Хорошо, что у нас нет соседей.
Через час установился относительный порядок. Слегка порозовевшая Нюся с благодарностью взглянула на принесенный – почему-то на сей раз горячий – чай. Очевидно, Ирка по недоразумению подогрела чайник.
Обычно она подает нам тепловатую водичку. Аркадий с виноватым видом сидел возле Ольги. На всякий случай Зайка крепко держала его руку. Оксанка пристроилась у окна и закурила. Мои дети отрицательно относятся к «дымоглотству», но своей обожаемой Ксюше, конечно же, ничего не сказали. Вместе со всеми с радостным видом уселись Маня и Дениска. Вся собачья стая разлеглась на ковре, бросая косые взгляды на печенье и вожделенно вздыхая.
