Сначала мы от души налегли на гамбургеры, потом сходили в кино, затем отчего-то заглянули в тир, и кавалер ловко уложил все мишени, выиграв для меня огромного рыжего медведя. Счастливый, бездумный день. Я словно вернулась на миг в раннюю молодость.
Ровно в полседьмого Виталий высадил меня у дома и молниеносно отъехал. Я влетела в дом, обнимая плюшевого мишку и чувствуя, как дурацкое хихиканье вырывается у меня из груди, а щеки горят огнем.
– Послушай, – крикнула мне со второго этажа Зайка, – ну зачем ты переоделась? В том красном костюме тебе было намного лучше.
Недоумевая, о каком костюме она говорит, я пошла на кухню взглянуть на торт.
– Дарья Ивановна, – зачирикала Катерина, – как вам красное к лицу, почему редко надеваете?
Искренне не понимая, что стряслось с домашними, я вышла в коридор. От двери мне улыбались Дениска, Оксана и Александр Михайлович.
– Ну, – закричала подруга, – показывайте свой Версальский дворец!
– Погоди, – велела Ольга, – начнем ровно в семь.
– Мамочка, – закричала, свесившись со второго этажа, Маня, – странно, что ты дома!
– Действительно странно, – пробормотал Кеша, спускаясь в холл и забирая у гостей шубу и куртки, – еще ночь не наступила, а маменька уж тут – редкое явление!
Но я упорно молчала.
Пусть зубоскалят сколько хотят, буду сегодня милой и ласковой – не так уж часто мы собираемся все вместе последнее время.
Из комнаты появилась Нюся, следом подтянулись Жора, Семен Андреевич и Ирка. Тут же, чуя праздник, носились, подняв хвосты, собаки и кошки.
– Все равно странно, – не умолкала Маня, – как мама может стоять тут, когда она около шести села в красном платье в «Вольво» и уехала.
Я еще подумала: куда это она, если в семь всех просили быть дома?
Но ее никто не слушал. Появилась Катерина, держа в руках огромный торт. Полковник, страстный любитель сладкого, шумно вздохнул. Горку взбитых сливок венчала огромная горящая свеча.
– А это зачем? – поинтересовалась я.
– Вроде как день рождения гостиной, – хихикнул Денька, – все чин-чинарем.
Но я слушала его краем уха.
В голове всплыло странное замечание Зайки о том, что мне было лучше в красном платье, затем наивный восторг Катерины и, главное, Машины слова о том, что я села в «Вольво» и куда-то уехала…
Тем временем Ольге вручили ножницы, дверь распахнулась, красная лента упала.
– Прошу! – весело крикнула Зайка.
– Пусть Катя идет первой, – сказала Оксана. – Иди ставь торт на стол, а мы за тобой.
– Нет! – заорала я не своим голосом, бросаясь к входу в гостиную.
