Наташа поняла, что он капитулировал, впрочем, как и то, насколько нелегко ему далось это решение. Она чуть сильнее сжала его руку и плавно опустила ресницы. Нина устала и прекратила сосать, но грудь не оставила. Вот и что ему делать? Громов постоял рядом еще недолго, а потом все же осторожно высвободил девочку из материнских рук.
- Иди ко мне, сладкая... Пусть мамочка отдыхает, да?
А утром, как и обещал, он повез их в больницу к Кириллу. Уже в машине вспомнил, что Ларка-то совсем не в курсе последних новостей. Долго думал, как ей обо всем рассказать.
«У меня есть для тебя две новости - плохая и хорошая. С какой начинать? Плохая - Кирилл умирает, несмотря на все наши старания. Хорошая - ты стала бабкой.» Ну, бред ведь - с какой стороны ни посмотри. В конце концов, он просто бросил в трубку, что ей нужно срочно приехать, и прислал за женщиной одного из своих ребят. За руль ей точно садиться не стоило.
Ларка запаздывала. Они прикатили раньше. И, наверное, хорошо, что успели попасть к Кириллу до то её появления.
Зашли в палату. Нина покоилась в его руке, а второй он придерживал Наташу, хотя та и противилась, утверждая, что чувствует себя хорошо. Но тут уж Глеб был непреклонен. Она подошла к мужу. Его снова подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Ничего хорошего, да. Это означало, что за ночь его состоянье только ухудшилось. И Наташа тоже это поняла. Присела на край высокой койки. Коснулась губами Кириллова лба.
- Привет, дорогой... Как ты? Врачи говорят, что ленишься... - она плакала, не замечая собственных слез.
Просто на автомате слизывала их с губ и шмыгала носом. - А мне вот вчера пришлось попотеть... У нас дочь родилась, Кирюша... Смотри, какая маленькая... не пойму, на кого похожа. Может быть, на тебя?
Наташа погладила мужа по отросшим волосам, поцеловала руку. У Громова зубы ныли и в затылке ломило. И никогда еще, пожалуй, он не чувствовал себя так паршиво. Он был его сыном, этот похудевший, осунувшийся мальчишка. И за время, проведенное с Наташей, Глеб успел с ним познакомиться.
Хоть немного...
Наташа выпрямилась и протянула руки, намекая, чтобы Громов отдал ей ребенка. Мужчина осторожно переложил малышку в слабые руки матери, встал рядом, готовый в любой момент ее подстраховать.
- Красавица, правда? - Наташа перехватила дочку и подняла чуть выше. До этого момента сын не слишком узнавал близких, и Глеб было решил, что её усилия... ну, напрасны, что ли? А потом из уголка глаза Кирилла скатилась слеза. Одна, и еще одна...