Хотя, наверное, в таких роскошных домах так положено? Дом, по которому быстро вели девушку, был действительно роскошен. Нет, не было аляповатых ""дорого и богато"", но всё вокруг, каждая деталь интерьера – от мраморной плитки на полу и до изысканных букетов на многочисленных резных столиках в коридорах, от полированных перил на лестнице и до аккуратно собранных тяжелых портьер величественно извещало, что хозяева дома не испытывают недостатка средств. И со вкусом у них тоже всё отлично.
Вчера девушка еле дождалась, пока ее оставят в покое слуги.
Эйр Верчил предупредил, что встреча с опекуном будет следующим утром, причем ранним, и оставил ""отдыхать"", мол, всё остальное тоже будет завтра. Но потом многочисленные служанки стали хлопотать, то поправляя по десятому разу перины, то предлагая чай, то без спроса распаковывая принесенные сундуки, что немного напрягло Хелен. Со своими вещами она привыкла разбираться сама. Да, отдавала в стирку на сторону, но самой в шкаф повесить много сил не надо.
Тогда же стайка девушек в униформе с нескрываемым любопытством потрошили запасы урожденной баронессы, вроде как собираясь утащить буквально всё ""на чистку"". Охали, достав зеленую студенческую форму. Одна молоденькая остроносая служаночка даже не выдержала:
– Эйра учится в королевской академии? – спросила она, с удивлением оглядываясь на Бальмануг, которая стиснула похолодевшие пальцы и не знала, куда себя деть в просторных апартаментах аж из нескольких комнат, выделенные ей.
– Диди, ты слишком любопытна для прислуги! – резко одернула ее дама в возрасте, вплывая в гостиную.
При ее появлении девицы смолкли и заскользили прочь тихими тенями, собираясь уносить прочь буквально всю одежду Бальмануг.
– Оставьте мои платья в покое! – возмутилась Хелен. – Они чистые! И форму тоже не трогайте, ее я сдам кастелянше в академии."
"– Эйра Бальмануг, я камеристка Ее Светлости Северина Драйзи, – представилась женщина в темно-сером строгом платье с минимумом кружев, приседая в легком книксене.
– Пока не прибыла ваша компаньонка и пока вам не выделили вашу камеристку, вашими насущными проблемами займусь я.
Хелен так хотелось заявить, мол, ее самая насущная проблема – чтобы ее наконец-то оставили в покое! Почти с боем отвоевала любимое синее платье, одно из первых, что заказала швее Тайлиме, и которое чудом избежало в свое время вандализма со стороны студентки Ахсин.
