Помощники герцога разбирались с защитными артефактами, вытащив их откуда-то из стен и разложив здесь же, на фуршетных столах, сдвинув блюда с едой в сторону. Часть блюд была ""спасена"" слугами, спешно переносивших ""столовую зону"" в другой зал.
Хелен тоже собиралась под шумок уйти, но ее не отпустил жених.
В итоге осталась небольшая компания ""своих"", рассевшаяся на поданных им стульях рядом с герцогом Кагматтом. Хелен так сразу по возможности присела, ноги уже не держали после всей этой заварухи.
Присевший Уетакон первым делом демонстративно достал из-за пазухи знакомый красный кулон, включая защиту от подслушивания.
Ведь в большом зале еще оставалось достаточно прочего народа, занимающаяся проверочными или хозяйственными работами.
– Хелен! Что. Это. Сейчас. Было? – без прелюдий сразу в лоб спросил Артам, поворачиваясь к Бальмануг. – Откуда огонь?!
– А что сразу я?! – возмутилась девушка.
– Действительно, почему сразу Хелен? – поддержал ее Шан Ларк, оставшийся, чтобы присматривать за сестрой.
– Хорошо, не ты, а твой камень! Ты его, вообще, контролируешь?!
– А что сразу мы? – опять заспорила Хелен. – То есть он. То есть мало ли что... Эта Гилмот тоже могла...
Отнекиваться, так до конца.
– Кстати, да, Раймонд, – вступил в разговор герцог Кагматт. – Я практически уверен, что Адиэль тоже владеет родовым даром, и ее отец в курсе, учти это.
Лернавай кивнул, а Хелен удивилась, что опекун не стесняется при ней, ее дяде и шитерах вот так откровенничать. Он считает, что они не догадаются о его ментальных способностях или настолько доверяет? С чего бы? Или знает, что они все уже тоже знают, и поэтому не скрывается больше?
ГЛАВА 28
– Так как ты это провернула? – опять повторил королевский бастард, глядя в упор на Хелен.
– Артам, почему ты считаешь, что Хелен виновата? – неожиданно заступился жених. – Огонь на расстоянии? Да кто на это способен?! Кроме самих Гилмот.
– Ты даже не представляешь, Раймонд, что может твоя невеста! – заявил хмыкнувший Артам, откидываясь на спинку стула.
И прозвучало это как-то... многозначительно. Жених сразу гневно засопел.
– Извини, Хелен, но ход твоих суждений и твоих работ зачастую ставил меня в тупик, – продолжил Артам. – Я до сих пор многого не понимаю. Думаю, даже камнем некоторые моменты из твоего поведения нельзя оправдать. Если только ты сама много лет не жила в Лесу с ушастыми.
Вот тут у Хелен похолодело в животе от того, как близок Артам к разгадке ее особенностей.
