И как она забыла! Как же неудобно, когда кто-то словно строгое начальство контролирует каждый ее шаг. Впрочем, перед опекуном тоже немного неловко вышло.
Девушка глянула на сидящего во главе стола герцога Кагматта, а Уеаткон опять добавил:
– Как один из попечителей королевского военного госпиталя, где содержится Рион Газзат, я ходатайствую о вашем согласии, эйр Кагматт. И прошу дозволить эйре Бальмануг заняться эйром Газзатом.
Хелен перевела удивленный взгляд на соседа. ""Как один из попечителей королевского госпиталя? Кто? Артам? Вот этот обалдуй?! Разве он умеет не только куролесить по кабакам и шутить? Неужели он на самом деле занимается каким-то серьезными и полезными делами?"".
Но словно опровергая ее мысли, Артам быстро подмигнул ей в ответ и опять глянул на герцога с заметным ожиданием на лице.
Конечно, герцог согласился. Разрешил своей подопечной после помолвки ""заняться эйром Газзатом"".
– А что скажет на это Раймонд? – хмыкнул герцог Эмирит с другой стороны стола. Он, как почетный гость, сидел рядом с хозяйкой дома.
– Кстати, где он? Почему не присутствует на обеде?
– Раймонд занят авайнами, – ответил Кагматт. – Фель Тарохафинд ужасно настойчив и требует выдать ему эйру Бальмануг. Якобы на основании устного договора с бароном Бальмануг, который был заключен четырнадцать лет назад. Хелен, тебе известно что-нибудь о том договоре?"
"Пришлось ответить отрицательно – в остаточной памяти ничего насчет этого не было.
– А твой дядя Аяр Рилминег может сказать что-либо по этому поводу? Насколько мне известно, он в то время часто посещал вашу семью и, возможно, мог быть доверенным лицом.
Но и на эти вопросы у Хелен не было ответа.
– Зря ты отказываешься от помощи менталиста, Хелен, – не смолчал Уеаткон. – Понимаю, что ты переживаешь о сохранности ваших семейных тайн, но я могу дать слово, что никто не будет искать ваши магические секреты. Однако любая информация о тех временах и, возможно, визитах к вам авайнов, что ты могла забыть за давностью лет, нам бы очень помогли! Может, согласишься на проверку?
Но девушка боялась, что любой менталист первым делом найдет у нее воспоминания о ее иномирности.
И как тогда объясняться? И не скажешь же – дайте слово, что проигнорируете в моей памяти странные данные о другом мире. Поэтому приходилось уперто стоять на своем. И пусть эйры думают что хотят.
– Если мой батюшка в свое время не давал разрешение менталистам на проверки, то я и не дам, – объяснялась Хелен.
