– Холостяк, любящий серьезные занятия, прогуливающийся по моему парку, – предмет не интересный, – сказал Аллан, – а молодая девица интересна. Я нисколько не сомневаюсь, что мисс Мильрой очаровательна. Озайяз Мидуинтер, несмотря на вашу серьезную физиономию, подумайте о ее хорошеньком кисейном платьице, развевающемся между вашими деревьями, подумайте о ее восхитительной ножке, ступающей в вашем фруктовом саду, о ее очаровательно свежих губках, касающихся ваших спелых персиков, подумайте о ее полненьких ручках, срывающих ваши ранние фиалки, о ее розовеньком носике, нюхающем ваши розы! Что предложит мне ученый холостяк взамен потери всего этого? Он предлагает мне какой-то темный предмет в штиблетах и парике.
Нет! Нет! Справедливость – вещь хорошая, любезный друг, но, поверьте мне, мисс Мильрой лучше.
– Можете ли вы о чем бы то ни было говорить серьезно, Аллан?
– Я постараюсь, если вы хотите. Я знаю, что мне следовало бы выбрать нотариуса, но что мне делать, если дочь майора не выходит у меня из головы?
Мидуинтер решительно возвратился к справедливому и разумному взгляду на предмет и настойчиво обращал на него внимание своего друга со всем убеждением, к какому только был способен.
Выслушав его с примерным терпением, Аллан очистил место на столе от наваленных на него вещей и вынул из кармана жилета полкроны.
– Мне пришла в голову совершенно новая идея, – сказал он. – Бросим жребий."
"Нелепость этого предложения, сделанного богатым помещиком, была до крайности смешна.
Мидуинтер не мог сохранить своей серьезности.
– Я буду бросать, – продолжал Аллан, – а вы выкликайте. Мы, разумеется, должны отдать предпочтение армии: орел будет майор, а решетка – нотариус. Ну, глядите же!
Он бросил монету на стол.
– Решетка! – закричал Мидуинтер, потакая ребяческой шутке Аллана.
Монета упала на стол орлом кверху.
– Неужели вы серьезно поступите таким образом? – спросил Мидуинтер, когда Аллан отпер письменную шкатулку и обмакнул перо в чернила.
– О, конечно! – возразил Аллан. – Случай и мисс Мильрой на моей стороне, двое против вас. Не к чему убеждать меня. Майору выпал жребий, и майор получит коттедж. Я не поручу этого нотариусам – они опять станут надоедать мне письмами. Я сам напишу.
Он написал ответ на оба предложения буквально в две минуты. Один к агенту:
«Любезный сэр, я принимаю предложение майора Мильроя, пусть приезжает когда угодно. Искренно вам преданный Аллан Армадэль».
