«Я сознаюсь, что этот личный взгляд на предмет ускользнул от меня, – сказал он. – Однако вернемся к делу. В продолжение того, что я могу назвать исполненной приключений медицинской жизни, мне случалось не раз вступать в общение с юристами и пользоваться случаем замечать их действия в делах – назовем их домашней юриспруденцией. Я совершенно уверен, что не ошибаюсь, сообщая вам, что доказательства, которые потребуют представители мистера Армадэля, будут показаниями свидетеля, присутствовавшего при венчании, который сможет поручиться за личность жениха и невесты по своему личному знакомству с ними».
«Но я уже говорила вам, – ответила я, – что там не было никакого свидетеля».
«Именно, – возразил доктор. – В таком случае вам нужен, прежде чем вы сделаете шаг в этом деле, извините за выражение, готовый свидетель, обладающий высокими нравственными и личными качествами, на которого можно было бы положиться в том отношении, что он возьмет на себя нужную роль и даст перед судьей необходимые показания.
Вы знаете такого человека? – спросил доктор, откидываясь на спинку кресла и смотря на меня с невинным выражением».
«Я знаю только вас», – сказала я.
Доктор тихо засмеялся.
«Как это похоже на женщину! – заметил он с самой веселой досадой. – Как только она видит свою цель, она стремится к ней очертя голову самым ближайшим путем. О женщины! Женщины!»
«Оставьте в покое женщин, – торопливо перебила я. – Мне нужен конкретный серьезный ответ: да или нет».
Доктор встал и обвел рукой вокруг себя с чрезвычайной важностью и достоинством.
«Вы видите это обширное заведение, – начал он. – Вы можете по возможности определить, до какой степени мне дороги его благоденствие и успех. Ваш превосходный природный ум должен подсказать вам, что владелец этой лечебницы должен быть человеком самой незапятнанной репутации…»
«Зачем тратить так много слов, – снова перебила я, – когда достаточно одного слова? Вы хотите сказать „нет!“»
Владелец лечебницы вдруг перешел к роли моего доверенного друга.
«В эту минуту ни да, ни нет, – сказал он. – Дайте мне время до завтрашнего полудня. К тому времени я обязуюсь быть готов к одному из двух: или совсем отказаться от этого дела, или приняться за него всем сердцем и всей душой. Вы согласны на это? Очень хорошо, очень хорошо! Мы можем оставить этот разговор до завтра. Куда я могу заехать к вам, когда решу, что мне делать?»
Я не видела никакого препятствия оставить ему свой адрес в гостинице.
