Это он все сделал, Джемми, я клянусь, что он сделал все!
– Никто в этом не сомневался из тех, кто в это время знал тайну этого дела, – возразил ему сын, – но никто не мог этого доказать. Сядьте, прошу вас, и успокойтесь. О капитане Мануэле тут нет ничего, кроме сильного подозрения стряпчего о его соучастии, которое адвокат, для которого стряпчий приготовлял эти бумаги, мог использовать при защите или нет, по его усмотрению. С начала до конца она выгораживала капитана. В начале дела она дала два показания стряпчему; оба ему казались ложными.
Во-первых, миссис объявила, что она невинна в этом преступлении. Это стряпчего не удивило, разумеется; его клиенты вообще имели привычку обманывать. Во-вторых, признаваясь в тайной переписке с кубинским капитаном, она заявила, что письма с обеих сторон относились только к замышляемому побегу, на который варварское обращение мужа заставило ее согласиться. Стряпчий, конечно, захотел видеть письма.
«Он сжег все мои письма, а я сожгла все его», – было единственным ответом, которого он добился.
Очень было возможно, что капитан Мануэль сжег ее письма, когда узнал, что в доме идет следствие, но стряпчий знал из своего опыта (как я знаю также), что когда женщина любит мужчину, то девяносто девять раз из ста, несмотря на риск, она сохранит его письма. Когда у него возникли подозрения в этом отношении, стряпчий тайно навел справки об иностранном капитане и узнал, что он сильно нуждался в деньгах, как только может нуждаться иностранный капитан без средств в чужой стране.
В то же время он задал несколько вопросов своей клиентке: какого размера наследства ожидала она от своего покойного мужа? Она отвечала в большом негодовании, что в бумагах ее мужа было найдено завещание, тайно написанное только за несколько дней до его смерти, в котором ей было выделено из всего огромного богатства только пять тысяч фунтов.
«Разве было другое завещание, – спросил стряпчий, – замененное этим новым?»
«Да, было, завещание, отданное мне самой, завещание, написанное тотчас после свадьбы».
«Обеспечивавшее хорошо его вдову?»
«Обеспечивавшее ее в десять раз больше того, что ей было определено во втором завещании».
«Не упоминали ли вы об этом первом завещании, теперь уничтоженном, капитану Мануэлю?»
Она увидела ловушку, расставленную ей, и сказала без малейшей нерешительности: «Нет, никогда!»
Этот ответ подтвердил подозрения стряпчего. Он старался напугать ее, уверяя, что миссис может заплатить жизнью за то, что обманывает его таким образом.
