– Я ничего не хочу слышать о мисс Мильрой! – сказал он. – Не вмешивайте мисс Мильрой… Великий боже! Аллан, неужели я должен понять, что шпион, подсматривавший за мисс Гуилт, исполняет свое скверное ремесло с вашего одобрения?
– Раз и навсегда, любезный друг, хотите вы или нет дать мне объясниться?
– Объясниться! – вскричал Мидуинтер, и глаза его загорелись, а горячая креольская кровь бросилась в лицо. – Объяснить наем шпиона? Как! Выгнать мисс Гуилт из дома майора, вмешавшись в ее семейные дела! Затем использовать самое гнусное из всех средств – наемного шпиона! Вы заставляете подсматривать за женщиной, которую, сами же вы говорили мне, любили только две недели тому назад, женщину, которую вы думали сделать вашей женой! Я не верю этому, я не верю этому.
Или разум изменяет мне? С Алланом ли Армадэлем говорю я? Аллан ли Армадэль смотрит на меня?.. Постойте! Вы действуете по какой-то ошибочной информации. Какой-то низкий человек вошел к вам в доверие и сделал это от вашего имени, не сказав вам об этом с самого начала.
Аллан держался с удивительной выдержкой и терпением, зная характер своего друга.
– Если вы упорно отказываетесь выслушать меня, я должен подождать, пока придет моя очередь.
– Скажите мне, что вы не наняли этого человека, и я охотно выслушаю вас.
– Предположите, что могла быть необходимость, о которой вы ничего не знаете, нанять его.
– Я не признаю никакой необходимости для преследований беззащитной женщины.
Минутная краска раздражения – минутная, не более – покрыла лицо Аллана.
– Вы, может быть, не считали бы ее такой беззащитной, – сказал он, – если бы вы знали правду.
– И вы скажете мне правду? – спросил Мидуинтер. – Когда вы отказались выслушать ее оправдание! Вы, заперевший дверь вашего дома перед нею!
Аллан все еще сдерживался, но терпению его приходил конец, это было очевидно.
– Я знаю, что у вас горячий характер, – сказал он, – но, несмотря на это, ваша запальчивость крайне удивляет меня.
Я не могу объяснить ее, разве только… – Он колебался с минуту, а потом закончил фразу со своей обычной откровенностью: – Разве только вы сами влюблены в мисс Гуилт.
Последние слова подлили масла в огонь; они открыли правду, Аллан угадал, главная причина участия Мидуинтера к мисс Гуилт стала ясна.
– Какое право вы имеете говорить это? – спросил Мидуинтер, повысив голос и угрожающе глядя на друга.
