Тотчас по уходе доктора, Аллан встал со своего места и обратился к своему другу с той непреодолимой задушевностью в обращении, которая всегда находила путь к сочувствию Мидуинтера, с самого первого дня, когда они встретились в сомерсетширской гостинице.
– Теперь, когда состязание между вами и доктором кончилось, – сказал Аллан, – я со своей стороны скажу два слова: сделаете ли вы для меня то, что не хотите сделать для себя?
Лицо Мидуинтера внезапно просветлело.
– Я сделаю все, о чем вы меня попросите, – сказал он.
– Очень хорошо. Согласны вы с этой минуты никогда не упоминать в нашем разговоре об этом сне?
– Хорошо, если вы этого желаете.
– Сделаете ли вы еще более – согласитесь ли перестать думать об этом сне?
– Это будет трудно, Аллан, но я постараюсь.
– Вот это хорошо! Теперь дайте мне этот листок бумажки, и разорвем его.
Он хотел вырвать рукопись из рук своего друга, но Мидуинтер был проворнее его и отдернул руку.
– Дайте! Дайте! – упрашивал Аллан. – Я непременно хочу раскурить свою сигару этой бумагой.
Мидуинтер мучительно колебался, тяжело было сопротивляться Аллану, но он сопротивлялся.
– Я подожду, – сказал он, – и пока еще не дам вам закурить вашу сигару этой бумагой.
– Сколько? До завтра?
– Дольше.
– Пока мы уедем с острова Мэн?
– Дольше.
– Черт побери! Дайте мне ясный ответ на простой вопрос: сколько времени хотите вы ждать?
Мидуинтер заботливо положил бумагу в свою записную книжку.
– Я подожду, пока мы приедем в Торп-Эмброз.
Книга вторая
Глава I
Предвещание беды
1.
От Озайяза Мидуинтера к мистеру Броку
Торп-Эмброз
15 июня 1851
Любезный мистер Брок, только час тому назад приехали мы сюда, когда слуги уже запирали дом на ночь. Аллан лег в постель, устав от продолжительного путешествия, и оставил меня в комнате, называемой библиотекой, рассказать вам историю нашего путешествия в Норфолк. Привыкнув более его к усталости всякого рода, я могу, не смыкая глаз от дремоты, написать письмо, хотя часы на камине показывают полночь и мы ехали с десяти часов утра.
Последние известия о нас вы получили от Аллана с острова Мэн. Если я не ошибаюсь, он писал вам о той ночи, которую мы провели на разбитом корабле. Простите меня, любезный мистер Брок, если я ничего не скажу об этом предмете, пока время не поможет мне думать об этом несколько спокойнее. Я должен выдержать опять жестокую борьбу с самим собой, но с помощью божьей я снова одержу победу, непременно одержу.
