Могла я забеременеть?!
С защитой?!
Могла…
Даже фармацевтические корпорации не дают стопроцентной результативности на свои препараты.
А тут…
Когда у меня были месячные в последний раз?!
— Ешкин матрешкин!
Выдыхаю в шоке.
— О, дошло наконец!
— Баба Нюр. Я не думаю, что беременна…а что мне делать? Я… я …я не знаю что мне делать!
— Как не знаешь? Завтра утром пойдешь в женскую консультацию. У нас тут есть неподалеку. Моя старая знакомая работает там. Сейчас позвоню, впишет тебя в очередь, побудешь зайчиком, а то тебя еще и не примут, ну или через месяц только позовут.
А тебе сейчас нужно. Погоди.
Баба Нюра поднимается и шаркающей походкой идет к шкафу, вытаскивает старую записную книжку с пожелтевшими от времени листочками."
"Листает. Смачно плюнув на палец, проходит в крохотную прихожую, где стоит доисторический аппарат, медленно поднимает трубку. Набирает номер.
Пока я сижу и кусаю губы в неверии и отрицании.
— Клава, здравствуй! Не припоминаешь… Анна Ефремовна это. Хм… Ну, баба Нюра…
Резко замолкает, а до меня доходит быстрая речь на том конце провода, правда не разбираю, что именно говорят бабушке.
— Но вот и хорошо, что признала, рада, что у дочи твоей хворь навсегда прошла.
Опять молчит, слушает.
— Знаю, что обязана. Вот и звоню тебе. Помочь нужно одной хорошей девушке.
Опять молчит…
— Ну что ты, что ты, Клава, ты мне по гроб жизни не обязана. Не говори так. Но есть просьба.
— Все, что угодно! — говорят так громко, что даже я слышу.
— Так вот, моя просьба в том, чтобы ты к гинекологу записала.
Бабка смеется звонко.
— Да не меня! Ты чего!
— Девушку. Но мне нужно, чтобы она там была, желательно до обеда…
Опять молчит. Слушает ответ. На этот раз не слышу.
— А вот именно до обеда и нужно! Похлопотай. А я тебе больше не позвоню с просьбой…
Опять молчит, а мне почему-то кажется, что там кто-то плачет и быстро чего-то выговаривает бабушке.
— Через год замуж выйдет доча твоя. Не нагнетай. Хороший у нее молодой человек. И цветы его в вазу поставь.
Не гоже так обращаться…
Глаза у меня на лоб лезут. Какие цветы?! Бабушка видимо совсем крышей едет.
— Те самые, которые он утром под дверью оставил. Все. Записывай на прием. Вишневская Алина. Карточка там ее должны быть. Если нет, новую организуй. Давай Клава. Утром пришлю я к тебе егозу одну.
Бабушка разворачивается резко и улыбается мне.
— Ну вот и все, Алинушка. С утречка пойдешь на прием. А пока у меня поспишь. Нечего тебе в университет возвращаться.
