– Нет, я всем покажу, кто в Тиходонске хозяин!
Зам понурился, будто именно он сомневался в силе и значимости своего шефа.
– Значит, так, завтра в десять вызвать на внеплановое совещание всех силовиков! – скомандовал губернатор. – Я их в бараний рог согну, тогда сразу зашевелятся!
Он кивком отпустил Пастрякова. Оставшись один, резкими движениями набрал номер на аппарате правительственной связи.
– Приемная министра внутренних дел, – четко сказала трубка.
* * *На следующий день, ровно в десять, началось внеплановое совещание у губернатора.
За длинным столом, на тех же местах, которые накануне занимали опасные чужаки, теперь сидели люди, чьими руками и волей в Тиходонском крае наводился закон и порядок. Прокурор края, председатель краевого суда, начальник УФСБ, начальники УВД, РУБОПа и наркоконтроля, руководитель таможни, командующий округом внутренних войск, куратор правоохранительных органов в обладминистрации Каргаполов…
Оглядев собравшихся, губернатор вышел из-за стола.
Он молча прошелся за их окаменевшими спинами. Наверное, многие сейчас вспомнили популярный гангстерский фильм, в котором Аль Капоне точно также прогуливался за спинами приглашенных на обед соратников и внезапно размозжил голову тому, которого посчитал предателем. Сейчас, конечно, внезапный удар битой исключался, но все равно головы руководителей силовых структур инстинктивно втягивались в плечи. Потому что властная дубинка в руках хозяина края могла сломать карьеру любому из них.
Хотя по закону прокурор и судья считались полностью независимыми от местной власти, а остальные подчинялись губернатору постольку-поскольку, в реальной жизни без благосклонности и поддержки главы Администрации никто не удержится в своем кресле. И все это прекрасно знали. Лыков обошел стол один раз, потом второй, вернулся на свое место, но садиться не стал. Напряжение нарастало.
Губернатор оперся обеими руками о край стола, словно нависая над всеми, и, наконец, заговорил тоном, не предвещающим ничего хорошего:
– Итак, уважаемые руководители тиходонских силовых структур, я должен сообщить вам пренеприятнейшее известие: Тиходонска больше нет!
Сидящие перед ним люди невольно качнулись назад, отстраняясь от звучавшего в голосе гневного напора. На властных лицах проступило плохо скрытое недоумение.
