При виде Лиса он стал приветливей и вместо дежурной форели: предложил жареную селедку, из чего опер заключил, что они Когда-то встречались, эта встреча произвела на официанта большее впечатление, чем на него. Заминка вышла со спиртным: Лис опять начал было колебаться, но, потом плюнул и заказал две бутылки белого сухого для девушек и двести водки – для себя.
– Давайте знакомиться! – брюнетка с короткой стрижкой оказалась самой бойкой.
– Я – Оксана, это Вика, – она указала на пухленькую. – А это Катя. Хотя ее-то вы, конечно, знаете.
«Мостовая Екатерина Викторовна», – ко второй встрече Лис, естественно, был во всеоружии. Но изобразил крайнее удивление.
– Катя?!
– Я должна извиниться, – невозмутимо сказала Ребенок. – Тогда все произошло так быстро и неожиданно... Когда пристает неизвестно кто, я называюсь другим именем.
Лис успокоено кивнул:
– Раз теперь мне позволено узнать настоящее имя, значит, я реабилитирован. Обещаю оправдать доверие.
Ребенок посмотрела с интересом. Взгляд у нее был острым и умным.
– А о вас мы ничего не знаем, – с намеком сказала Оксана.
– Филипп Михайлович, – отрекомендовался Лис и наклонил голову.
– А чем вы занимаетесь?
Он на миг задумался, но Ребенок пришла на помощь.
– Инспектирует торговые точки. Интересно, с нас и здесь не возьмут денег?
– Увидим, – Лис и сам этого точно не знал.
– Интересно, где здесь можно домыть руки? – сказала Вика в пространство.
– Пойдем, покажу. – Ребенок повела подружек в стекляшку.
Значит, она бывала здесь раньше... Лису почемуто стало неприятно.
Когда девушки вернулись, официант расставлял тарелки с закусками: пикантный маринованный чеснок, плоские дольки остро пахнущего суджука, черные кружочки сырокопченой колбасы с белыми вкраплениями нежного сала, скользкие упругие сегменты сулугуни, слезящееся на срезе свежее масло, ароматный хлеб, красивые, словно на натюрморте, овощи: крупные, в каплях воды помидоры, пупырчатые огурцы, красная с белыми хвостиками редиска, эстрагон, петрушка, кинза... Вскоре появилось и блюдо с румяной, пропитанной нежным жиром селедкой, запотевший графинчик с водкой и две бутылки французского вина.
– Вы хоть совершеннолетние? – для очистки совести спросил Лис, разливая вино по высоким бокалам.
– Конечно, – кивнула Ребенок. И соврала. Насчет нее Лис знал точно: семнадцать с половиной, потому что в школу она пошла с шести лет.
– Ну тогда ладно. – Он плеснул себе водки. – За успехи молодого поколения!
Оксана и Вика жадно набросились на еду.
