Проходил по соучастию в грабеже. Но я заинтересовался им как связью Хромого... Пустой номер и там и там, пришлось выпустить... А что?
– Да ничего особенного. Похоже, это он завалил двоих неподалеку от ИВС.
– Ты посмотри какой мерзавец! – возмутился Лис. – Я думал, он «в завязке».
– В его деле нет ни дактилокарты, ни фотографии.
– Все было. Наверное, ивээсники куда-то засунули. Знаешь ведь, какие они долдоны.
– Знаю.
Они помолчали. Тишину нарушал только шорох в телефонных проводах.
– Ну ладно, до связи.
– До связи.
Оба положили трубки и некоторое время сидели у своих аппаратов неподвижно.
Рожков понял, что, если Лис не встревожился и не высказал желания немедленно подъехать для переговоров, значит, он уже подготовил запасные позиции. А Лис понял и оценил предупреждение коллеги.
Потом Рожков вызвал Названкина и вернул ему материал.
– Похоже, ты на правильном пути, продолжай раскрутку. Сделай поквартирный обход во дворе по месту убийства, может, найдутся еще свидетели.
Да изучи уголовное дело, по которому проходил этот тип, отработай его связи... Потом снова потряси ивээсников, скорей всего они просто потеряли фотографию и дактокарту. Поговори с Кореневым, он наверняка что-то подскажет...
Рожков дал подчиненному совершенно правильные советы. Только поквартирный обход, теоретически необходимый на данной стадии розыска, ничего добавить не мог. Майор просто создавал своему коллеге резерв времени.
Но Лис всегда полагался только на себя и не ждал подарков. Поэтому он с раннего утра зачищал все нестыковки и шероховатости этой истории, побывал в нескольких местах и сделал то, что считал необходимым.
Следователь Нахичеванского РОВД Апресян легко согласился выполнить просьбу, которая ему ничего не стоила: переписал протокол допроса обвиняемого в грабеже Громова, добавив всего две фразы: «Предложил мне отобрать деньги случайный собутыльник, который назвался Василием Колеровым.
Со слов, он ранее судим и состоит в близких отношениях с вором по прозвищу Хромой». Сам Громов отныне признает эти фразы своими, потому что это ему не только ничего не стоит, но и дает большое преимущество: изъятая при задержании анаша превращается в безвредный порошок и отпадает противная «наркошная» статья с возможностью принудительного лечения от наркомании.
