Конечно, её волосы другие, дикие кудри вместо прямых, и она в спортивных штанах и кроссовках вместо того сексуального красного платья, но это определенно она. Я выключаю потрескивающее радио, будто это волшебным образом поможет мне услышать, что она говорит, и мгновение наблюдаю за ней. Она наматывает телефонный шнур на пальцы и оживленно что-то говорит в микрофон. Кто бы ни был по другую сторону линии, ему явно нечего сказать, поскольку всё время говорит она.
Какого хрена ты здесь делаешь, девочка? И с кем ты разговариваешь?
Качая головой, мои пальцы касаются ключа в замке зажигания.
Мне абсолютно наплевать, с кем она разговаривает. Это явно кто-то, о ком она не хочет, чтобы мой дядя знал, иначе она бы воспользовалась своим мобильным. Неважно. Содержанка Альберто — не моё дело, и мне совершенно наплевать, что она вытворяет за его спиной.
Я как раз собираюсь завести двигатель, когда она резко вешает трубку, поворачивается к машине и стучит в стеклянную дверь телефонной будки.
Фары машины выключаются, и фигура выходит со стороны водителя, держа в руках зонтик. Он торопливо переходит дорогу, открывает дверь и одной рукой держит зонтик над ее головой, а другой обвивает её талию. Когда он ведет её через дорогу, я хорошо его разглядываю.
Это тот парень, лакей. Макс, или как там его зовут, он, должно быть, её сопровождающий. Мои костяшки пальцев на руле белеют, и от раздражения кожу покалывает. Он прижимает её к себе, слишком, блять, близко, и по тому, как он смотрит на неё под уличными фонарями, мне становится ясно, что это не только потому, что он пытается сохранить её сухой.
Не мое дело. Я здесь не поэтому.
Но я не могу избавиться от раздражения, которое зудит у меня под воротником, как сыпь. Должно быть, это ещё один инстинкт, точно такой же, как чувство принадлежности к церкви моего отца. Может, я и не самый большой поклонник Альберто или его грязной личной жизни, но он всё ещё член семьи.
Подожду. Всего минутку.
Они подходят к машине, и, к моему удивлению, Аврора не садится.
Вместо этого у них короткий разговор, Макс протягивает ей зонтик, пальцы соприкасаются с её пальцами, затем он садится в машину и уезжает.
Тихий свист срывается с моих губ. Оставить невесту Дона одну на обочине дороги? В такой чёртовой дыре, как Дьявольская Яма? Этот парень напрашивается на пулю в черепе.
Если бы я был лучшим человеком, я бы завел эту машину и отвез её домой.
Жаль, что это не так.
