Ты нервничаешь, сидя так близко ко мне?
Если бы мне не нужно было, чтобы он возил меня к моему отцу два раза в неделю, я бы сломала тормоза его машины.
Вместо того чтобы огрызнуться в ответ, моё внимание переключается на Витторию слева от меня. Она двигает крабовую ногу от одного края своей тарелки к другому, её шелковистые чёрные волосы закрывают лицо.
— Виттория?
— Я становлюсь вегетарианкой, — объявляет она, с отвращением оттолкнув конечность. — Крабы кричат, когда их варят. Ты знала об этом?
— Тогда хорошо, что они обжарены на сковороде, — сухо говорит Леонардо по другую сторону от неё, не отрываясь от своего айфона.
— Придурок, — бормочет она себе под нос, откладывая вилку.
Они с Леонардо близнецы, и в свои шестнадцать лет они ненавидят эти званые ужины почти так же сильно, как и я.
Я легонько касаюсь её руки и понижаю голос.
— Э-э, это твой двоюродный брат?
Она накрывает салфеткой разделанного краба и мрачно поднимает глаза.
— Анджело? Да, сто лет его не видела.
Анджело. По крайней мере, на самом деле его зовут не Порочный.
— И он член клана Лощины? Я его раньше не видела.
Переступив порог этого особняка, я словно попала в сцену из Крестного отца. Я довольно быстро изучила генеалогическое древо, но всё ещё слабо представляю, кому что принадлежит. Альберто и его сыновей часто называют кланом Бухты, в то время как его брат Альфредо управляет кланом Лощины, всего в двадцати минутах езды по дороге. У них там есть своя компания по производству виски, а также другие предприятия, о которых я мало что знаю.
Но я несколько раз встречалась с сыновьями Альфредо, и этот новенький определенно не один из них.
— Не, он из Ямы.
Я моргаю.
— Ямы?
Она смотрит на меня как на идиотку.
— Анджело из клана Дьявольской Ямы. Ну знаешь, из твоего города?
Моя кровь превращается в лёд.
— В Дьявольской Яме нет никакого клана, — почти шепчу я.
Нет. Не может быть. В Дьявольской Яме нет присутствия Висконти, в этом буквально весь смысл этого соглашения.
— Больше нет. Он должен был занять это место после смерти дяди Алонсо, но так и не сделал этого.
— Дядя Алонсо? У Альберто есть ещё один брат?
— Был. Как я уже тебе сказала, он умер.
— Так почему же Анджело не занял его место?
Она вздыхает громко, нахально, как это делают избалованные подростки.
— Почему бы тебе просто не спросить его? Он прямо здесь.
— Тсс, — шиплю я.
Запиваю эту новую информацию глотком вина, но легче от этого не становится. Я пристально смотрю на главу стола поверх стакана.
