Мэл? — он вытягивает шею, чтобы найти ее. — Не хочешь прокатиться с нами на лодке?
— Мэл и здесь хорошо, — говорю я, прежде чем она успевает ответить. Я не смотрю на нее. Хотя она и ее команда медсестер хорошо заботятся о моем отце, их нанял Альберто. Я не знаю, могу ли я доверять ей, или она другая Грета и докладывает ему обо всем, что я говорю или делаю. Вот почему я всегда настаиваю на том, чтобы мы катались на лодке — подальше от любопытных глаз и ушей.
Она неловко топчется на причале, пока я помогаю отцу забраться в лодку и усаживаю его на скамейку напротив себя.
Он машет ей и улыбается, когда я отталкиваюсь, используя весла, чтобы направить нас на середину озера.
— Прекрасный денек для этого, — размышляет он, щурясь на серое небо. — Не такой, как на прошлой неделе, когда лил дождь, а ты все равно заставила меня прийти сюда, — он бросает на меня озорной взгляд, и мы оба смеемся.
— Ты любишь дождь.
— Нет, мне просто нравится проводить с тобой время, — мягко говорит он, протягивая руку и сжимая мою. Когда он отпускает меня, я понимаю, что он сунул мне в ладонь мятную конфетку.
— Так скажи мне, мишка Рори, как дела в академии?
Я медленно вдыхаю, стараясь, чтобы моя улыбка не дрогнула. Сказать ему, что несколько месяцев назад я наконец-то получила место в Северо-Западной авиационной академии, было самым простым оправданием того, почему я больше не могу здесь жить. Конечно, я ненавижу лгать своему отцу, меня от этого тошнит. Но это, черт возьми, намного проще, чем признать правду.
— Все идет хорошо, — беззаботно говорю я, отправляя в рот леденец.
— Просто отлично. Итак, расскажи мне поподробнее о голубой цапле, которую ты видел вчера.
— Это очень мило с их стороны, что они позволяют тебе уезжать два раза в неделю, чтобы навестить меня, — говорит он, игнорируя мою попытку сменить тему. — Очень услужливый подход для такой престижной школы. Ты уже летала самостоятельно? — морщинки вокруг его глаз становятся глубже. — О, Рори. Твоя мама так гордилась бы тобой."
"Его слова давят мне на грудь, как тонна кирпичей, отчего становится трудно дышать.
Мама не гордилась бы мной по многим причинам. Хотя ей всегда было горько из-за того, что моему отцу пришлось обучать меня стольким навыкам, она тоже многому меня научила. Например, не стоит лгать, особенно семье, и единственный мужчина, за которого стоит выходить замуж — за того, кого ты любишь.
Я подвела ее по всем пунктам.
Время летит в вихре горькой ностальгии и воспоминаний, от которых щемит мое сердце.
