На внеочередных выборах безоговорочную победу одержал Фурум Сумал. Он привел с собой новую команду, состоящую из людей, не запятнанных коррупцией, а кабинет министров во главе с Амадом сложил свои полномочия.
Таким вот образом тридцатилетний мужчина, полный сил и энергии, оказался не у дел.
— «Бонни», ответь «Брассу». «Брасс» запрашивает «Бонни». «Бонни», ответь!.. — твердил в микрофон Амад Мазу.
Солдаты перетащили радиостанцию еще выше. Провод антенны они закинули на одну из ветвей самого высокого дерева, а толку от этого все равно никакого не было.
— Ночью с этим делом всегда хуже, — сказал связист. — К тому же густой лес и сложный рельеф.
— А почему я прекрасно слышу Киву?! — вскипел бывший премьер.
— Может быть, к Рамиру местность становится ровнее. Я там не бывал, не знаю, — проговорил боец и пожал плечами.
— Что хочешь делай, но обеспечь мне связь с «Бонни»!
— Я попробую.
Пока связист обследовал окрестности в поисках самого выгодного места для антенны, на связь опять вышел полевой командир Касал Кива.
— «Брасс», у меня срочное сообщение по вертушкам! — быстро сказал он.
Качество связи при этом было отличное. Кива будто сидел рядом с Мазу.
— Слушаю тебя, «Фламинго»!
— Оба борта привезли подкрепление. В общей сложности мои люди насчитали около полусотни гвардейцев.
— Вертушки ушли?
— Да, около часа назад. Они забрали несколько десятков раненых.
Амад глянул на часы. Ночь только началась. Это означало, что транспортные вертолеты могли выполнить в темноте еще несколько рейсов, подвезти гарнизону осажденного города как можно больше подкрепления и боеприпасов.
— Вот что, «Фламинго», не отходи далеко от рации. Я попытаюсь доложить об этом «Бонни», и мы вместе примем решение.
— Понял.
Амад Мазу лишился огромных властных полномочий, уютного кабинета, не самой маленькой зарплаты и всех прочих благ, без которых высокие чиновники не мыслят себе жизни. Он хотел было вернуться инженером на стройку. Однако на севере Кабора начались волнения радикальных общин, и страну быстро охватил хаос.
Тут же появился некий Джус Арачи, объявивший себя лидером оппозиции и сколотивший первую вооруженную бригаду сопротивления. В общем, рабочие разбежались, стройка заглохла, трасса осталась незавершенной.
Не лучше обстояли дела и в отцовском бизнесе. Вести дела по-старому теперь оказалось невозможно.
Когда в стране полыхнула гражданская война, все планы подавляющего большинства ее обитателей окончательно рухнули, их жизнь круто переменилась.
