— Беречь патроны! — крикнул Тронг пулеметчику, давшему чрезмерно длинную очередь.
— Кажется, они опять атакуют, господин майор, — ответил тот и ткнул рукой в сторону леса.
Комбат выглянул в оконный проем, посмотрел в сторону опушки. Поверх густой травы и кустов то тут, то там появлялись головы боевиков. Некоторые из них поднимали над зарослями автоматы и постреливали в сторону позиций батальона. Другие не отвлекались на такие пустяки, старались быстрее преодолеть пустошь.
— Да их там сотни полторы! А у нас осталось человек шестьдесят, — простонал Тронг и с силой врезал кулаком по каменной кладке.
— Эх, мне бы сейчас свежую роту из резерва!..
Тот человек, который командовал подразделением противника, действовал грамотно. Его бойцы рассредоточились по обширной пустоши и довольно быстро приближались к населенному пункту. При этом над зарослями показывались далеко не все боевики, а лишь малая часть их. Остальные продвигались скрытно. Об их присутствии можно было судить только по трепетному содроганию желто-зеленых ветвей и травы, выгоревшей на солнце.
Державин еще раз прислушался и не уловил шума вертушки.
Он хлопнул майора по плечу и заявил:
— Деку, пора выпустить наш стратегический запас. Иначе они подойдут вплотную.
— Ты прав, — сказал тот, обернулся к минометам и крикнул: — Гринзо!
— Да! — отозвался командир батареи.
— Приказываю открыть огонь!
— Есть, господин майор!..
Бронетранспортер высунулся слева, повел стволом пулемета и огрызнулся последними выстрелами. На пару секунд над позициями батальона повисла гнетущая тишина.
Вдруг позади полуразрушенного дома почти одновременно бахнули три громких выстрела. Первые мины по высокой траектории полетели в сторону боевиков, наступавших на позиции обескровленного батальона. До того как они упали на пустоши, хорошо натренированные расчеты успели произвести еще по два выстрела.
«Где же вертолет? — пригнув голову, спрашивал сам себя подполковник. — Гришин — человек слова. Значит, что-то не срослось у него с этим».
— Где же твой вертолет? — повторяя мысли русского советника, вслух проговорил комбат.
Державин старался уловить хоть какие-то звуки помимо редкой стрельбы. Увы, знакомого гула двигателей и редуктора по-прежнему не было слышно.
Глава 4
С возвращением на базу машины с экипажем Доглина полеты закончились. Во-первых, на санитарные задания «восьмерки» ходили только днем, а на сегодня почти не оставалось светлого времени. Во-вторых, каждый экипаж уже налетал более четырех часов.
