Кстати, Ань, у нас на севере снег зимой лежит, так что шипы на шинах необходимы.
Кивнула, сделав себе мысленную пометку.
- А насколько ухабистая дорога? – спросила я с любопытством. Я ещё ни разу за город не выезжала, а в воспоминаниях Аннет ничего о дороге к бабушке с дедушкой не осталось.
- Да ты знаешь, - Катя задумалась всерьез. – Здесь на основных направлениях дорожное покрытие странное. Будто каменные плиты кто-то специально притащил и выровнял до идеального состояния. Я, конечно, не присматривалась, но на цемент не похоже.
Вот и новая задачка – надо выехать за пределы столицы и изучить это покрытие. Если это обычный дикий камень, то после дождя даже ходить по нему скользко. А что будет в заморозки?
Тряхнула головой, заставляя себя забыть о работе. Сегодня мы развлекаемся. Карла уже принесла нам пару бутылок сухого вина. Мы отобрали подходящие специи и занялись приготовлением зелья веселости. И могу сказать, что получилось оно замечательным. Мы успели попробовать по глоточку, прежде чем отнести на стол.
Думала позвать Джулиану за стол, но отец сказал, что она уже убежала домой. Чтобы не обидеть Карлу, суп мы съели быстро, но без особого аппетита. А после мы с Катей набросились на пиццу. Отец с удивлением посмотрел на нас, с опаской откусывая первый кусочек... Но вскоре составил нам конкуренцию в скорости поедания пиццы. Уже за бокалом глинтвейна, Эгмонт рассказал о найденных вариантах недвижимости под цех. Вариант с флигелем в нескольких домах отсюда мне понравился по описанию больше всего.
Но прежде чем определиться окончательно, надо осмотреть его. А когда это сделать? Попросила отца устроить встречу с арендодателем вечером во вторник.
После ужина отец сказал, что ему нужно проверить книги учета и скрылся в кабинете. А мы с Катей, захватив пиццу и глинтвейн, ретировались в мою комнату, где уже смогли вдоволь посекретничать. Подруга всё пытала меня насчет Берхарда, и в итоге я созналась, что ещё ничего толком не решила. Честно, первый раз со мной такое: головой понимаю, что мы не пара, а сердце нашептывает совсем другое.
Нет, в том мире я влюблялась и не раз, но таких проблем не возникало.
- А я не знаю, что мне в «Хрониках де Арманди» писать, - призналась Катя, разливая по бокалам остатки зелья под названием «глинтвейн». – Опять врать про опыты или гениальное озарение?"
"- Да напиши ты правду, - предложила я. – К левым людям эта книга все равно не попадет. А Алоису, когда он вырастет, сама все объяснишь.
