В клинике работают подвижники, получающие более чем скромное вознаграждение за труд. Но Аристарх Владиленович сказал, что денежная сторона вопроса вас не слишком волнует, вы хотите собрать материал для диссертации?
Я усиленно закивал.
– Совершенно справедливо. Я холостяк, веду более чем скромный образ жизни, деньги трачу в основном на книги, ну еще помогаю матери-пенсионерке. Главное для меня – работа.
И вот теперь попробуйте упрекнуть Ивана Павловича во лжи! Ведь я сказал чистейшую правду! Зарплату я трачу в основном на Николетту и литературу, а работа для меня приоритетное занятие.
Лицо Ираиды Сергеевны озарила широкая улыбка.
– Мы с вами обязательно сработаемся, – пропела она, – хочу вам сказать, что для нас большая честь заполучить в качестве сотрудника племянника самого Аристарха Владиленовича!
– Ну что вы, – блеснул я светским воспитанием, – это для меня очень почетно оказаться в стенах столь престижного лечебного заведения, как ваше.
Ираида Сергеевна довольно рассмеялась.
– У нас…
Но тут ее слова прервал звонок мобильного.
– Прогресс способен довести нас до инфаркта, – бормотала докторица, роясь в сумочке, – с одной стороны, сотовый – благо, с другой – чистое наказание. Я ощущаю себя собакой на поводке, в любую минуту могут дернуть за ремешок! Да, слушаю! Кто? Ну вот! Вечно неприятности! Полная безответственность! Передай ему: если не приедет, я его уволю.
Сердито хлопнув крышечкой, она бросила телефон на стол, я невольно отметил, что он у нее такой же, как у Николетты, ярко-красный аппарат.
Очевидно, Ираида Сергеевна тоже хотела быть модной в ущерб качеству.
– У нас, – продолжила она прерванную мысль, – можно набрать материала на десять докторских! Я велю предоставить вам истории болезней, а Полина научит вас пользоваться компьютером, даст пароль, и изучайте на здоровье материалы.
– Премного благодарен, – завел я, и тут вновь ожил красный телефон.
– Слушаю, – любезно сказала главврач.
Но, очевидно, на том конце провода ей сообщили что-то неприятное, потому что с лица доктора сдуло всю приветливость, и она гаркнула:
– Уволены, все! Он – за хамство, вы – за глупость!
И аппарат вновь полетел на стол.
Ираида Сергеевна нервно схватилась за сигареты. Я галантно поднес ей зажигалку и не сумел сдержать любопытства:
– Проблемы?"
"– Нет сил, – протянула главврач, – каждый день что-нибудь случается: то трубу прорвет, то кефир с базы просроченный пришлют, то санэпидемстанция прибежит, то сотрудники начудят.
