Определенно, ребенок сегодня идет гулять, чтобы не смущать взрослых и не лезть к ним с едкими комментариями и ненужными советами.
Я отнесла кофе графу и взялась за уборку. Эх, может, намекнуть начальству на смену колера мебели? Например, на беленый дуб, там хоть пыль не так видна и не надо каждый день с тряпкой рысачить. Когда я протирала стол, мне под руку попался листок бумаги, который я использовала как прикрытие. Откуда я его вытащила? Кажется, из стопки с учебными планами. Я хотела положить его на место, но взгляд зацепился за слово «Резолюция».
С чего такое фигурирует в учебном плане? Любопытно… Как выяснилось, любопытство сгубило не только кошку, у меня, например, чуть сердце не остановилось. Документ был копией, и в нем королю предлагалось выселить попаданцев в резервации, поскольку их количество и асоциальный образ жизни представляют опасность для коренного населения страны. В принципе, Олег предупредил меня о подобном законопроекте, поданном на рассмотрение королю перед тем, как погибла монаршая чета.
Вот только он умолчал, что Эверо участвовал в его разработке, отдав все лавры Аугусту. Сволочь! Я вздрогнула и столкнула со столешницы графин с водой. Теперь ковер украшала россыпь мелких острых осколков. Если бы я была героиней бульварного романа, то непременно провела бы параллель со своим разбитым сердцем. Но, слава богу, я ею не являлась и вообще считала, что место подобного чтива в дачном туалете, поэтому просто укорила себя за неуклюжесть и опустилась на ковер, чтобы лучше видеть мелкие кусочки графина.
Я собирала стекло, когда в приемной показался «законотворец» и бросился ко мне:
— Лада?
— Не подходи! — я шарахнулась от него и, не удержав равновесия, плюхнулась на попу.
— Что с тобой? — он протянул мне руку, чтобы помочь подняться, но я встала сама.
Граф нахмурился и попытался взять меня за руку, но я спрятала ее за спину."
"— Лада, прекрати этот детский сад, — в голосе Эверо послышалось недовольство.
— Детский сад? Да мне хочется в дезинфицирующем растворе искупаться после общения с тобой! Иудушка!
Я швырнула в него злополучный листок, но, как истинный гуманитарий, не учла законов физики — вместо того, чтобы красиво впечататься в лицо графа, листок мягко спланировал на мокрый ковер.
Граф не поленился его поднять.
— Так ты из-за этой ерунды взбесилась? — в его голосе звучало недоумение.
Это меня добило. Я никогда не верила в генетическую память, но тут я почувствовала, как во мне просыпается кровь предков-казаков.
