Про реакцию металла на жару, холод и влажность я знала. Но про еще одно неудобство от ношения кольчуги на интимных местах я и не догадывалась. А откуда психолог знает?
У меня зародилась идея.
— Куда собралась? — нагнал меня на повороте мужчина.
— В театральный кружок, — смысла скрывать я не видела.
— Что вы там забыли?
— Будете смеяться, кольчужные трусы.
— Интересные у вас спектакли, — пробормотал себе под нос ловец.
— Ага, — разыскивая дверь в костюмерную, пробормотала я. — Житие пресвятой Иланы, советую.
Лечит расстройства сна и помогает тренировать меткость при закидывании актеров гнилыми овощами.
Театральный кружок был еще одной провальной инициативой Караля. Мало того, что студентов туда записывали силой, что не могло не повлиять на качество их игры, так еще и все постановки проходили строгую цензуру Аугуста. А уж он отрывался по полной. Поцелуй на сцене? Распутство! Драка? Позор! Убийство? Богиня покарает вас! В итоге репертуар у театра был, мягко скажем, стремный.
Житие святых и великих правителей. Поэтому кроме родителей на спектакли никто не ходил, приходилось сгонять зрителей в принудительном порядке. Я давно предлагала Каралю приравнять посещение студенческого театра к отработке наказаний. Было у меня ощущение, что дисциплина тогда будет железная. Единственное, к чему не было претензий, так это к реквизиту. Если была возможность сделать настоящий кубок вместо бутафорского, его делали настоящим. Денег на это не жалели.
Любая попытка урезать бюджет каралась истерикой Аугуста на тему «вы убиваете единственный способ насадить в душах студентов свет богини». Ректор скрипел зубами и подписывал чеки. Надеюсь, что фавор пресветлого при дворе закончится с приходом к власти регента. Давно пора гнать настоятеля из Академии, уж больно много он на себя берет."
"Полки ломились от реквизита. А вот и кольчужные трусы. Сдвинула я их с трудом, а на весу и вовсе не удержала, уронив с жутким грохотом.
Хорошо хоть, ногу убрать успела. Эх, заранее сочувствую девочке, поскольку я не просто заставлю ее их надеть, так еще и физическими упражнениями обеспечу.
Димитрий без труда поднял предмет интимного туалета и, взвесив его в руке, присвистнул.
— Я, конечно, прогуливал иногда «Законы мироздания», но что-то не помню в «Житие Иланы» одежды подобного фасона.
— А, не бери в голову, современное прочтение, — запирая дверь, сказала я.
