Неужели Заброшенные земли и в самом деле вытягивают магию, хотя бы у близлежащих провинций? Да так, что на Высшую магию могут поступить не все? Большинство адептов наверняка имеют другую, передаваемую по наследству, а стихийников стало мало? Богиня, надеюсь, Даррен и ректор поскорее придумают, как разрушить наш магический барьер, который, похоже, дырявый, а драконы снимут свой… Тогда Заброшенные земли снова станут принадлежностью Драконьей империи, восстановятся и прекратят тянуть магию из Таррина!
Лили покосилась на меня, явно считав эмоции с моего лица.
Но объяснять ей причины своей озабоченности я не стала. Улыбнулась, возможно, немного криво, подождала, пока Корел заполнит документы и выдаст нам пластины, которые позволят попасть в комнату в первый раз. Далее нам подробно объяснили, как прикладывать ладони к двери, чтобы она реагировала только на своих хозяев, но я слушала вполуха. Его слова не стали откровением, меня больше занимали размышления о судьбе факультета Высшей магии в частности и страны в целом.
Этак Таррин и правда не устоит перед внешней угрозой!
Как же сложно быть принцессой…
Глава 4
Комната мне понравилась. Ту, которую когда-то занимала Лекса, я посещала много раз, но она не шла ни в какое сравнение с выделенными мне апартаментами. Темно-вишневые шторы, покрывала в тон, достаточно свободного места и огромное окно с широким подоконником. При взгляде на него возникла мысль о Берте. Что он забыл в деканате Высшей магии? Надеюсь, не меня искать приехал?!
Последние три дня мы не разговаривали.
После того как я сбежала с крыши, попытки дракона поговорить со мной перевалили за пару десятков. Но я не открывала дверь в свои покои, наглухо законопатила окно, а на трапезы старалась опаздывать. Проникнувшийся моей выходкой посол уехал следующим утром, и этикет можно было не соблюдать. Отец смотрел задумчиво, мама пыталась до меня достучаться, но бесполезно. Я заняла круговую оборону и пресекала любые попытки вызвать на откровенный разговор.
Меня Академия ждет не дождется, поэтому лишние эмоции мне не нужны. Хочешь быть драконом – будь им! А я и без тебя обойдусь, крылатое чудовище!
Правда, в последний день перед отъездом в дверь решительно постучались. Я привычно ответила, что занята, но тут же раздался возмущенный голос:
– Альяна, пожалей цветочные горшки!
Лекса! Мы не общались около месяца, и я радостно бросилась к двери. Сестра – единственная, кого я была рада видеть всегда.
