— Спала в шкафу, Эвелин! От меня пряталась?
— М-м-м… ну не только. Там же еще этот… Арейш мог прийти, — нашлась я. — Наказать за попытку ударить.
— Вот как? — Халраш остановился. Впрочем, глаза горели по-прежнему ярко. — Я ведь беспокоился о тебе. Думал, как ты перенесешь наказание. Но нет. Арейш зачем-то вмешался, не позволил этим жалким людишкам тебя наказать.
Ох, похоже, все шиаги в курсе произошедшего накануне. Боюсь, в таком случае на внимание кого-нибудь, кроме этого ненормального, можно уже не рассчитывать.
— Как думаешь, Эвелин, почему он вмршался? Чем ты его зацепила?
— Зацепила? — я искренне удивилась. Вот уж чего не предполагала. Скорее, я раздражала Арейша, а еще странную ненависть в нем вызывала. Но зацепить? Нет, это вряд ли.
— А как думаешь, почему он вступился? Почему не позволил высечь тебя?! — Халраш снова двинулся ко мне, я попятилась.
— Решил, что жалким людишкам не стоит доверять такое ответственное дело, как защита чести шиага?
— И где он? Где твой Арейш?
Стремительное движение — Халраш оказывается рядом со мной, болезненно хватает за плечо.
— Он не мой. Отпустите.
— Да ну? Может быть, ты ждала именно его?
— Ну да. В шкафу.
— Не смей! — прошипел Халраш, вцепившись обеими руками в плечи и хорошенько меня встряхнув. — Не смей даже думать о нем. Арейш не прощает. Никогда. Тем более сопливой девчонке, которая посмела замахнуться на него у всех на глазах. Никто из шиагов к тебе больше не подойдет. Ты будешь моей. И только моей.
Сердце бешено колотилось от страха, мысли путались и не могли выдать что-нибудь толковое.
Но я держалась. Смотрела на шиага смело, упрямо.
— Я не понимаю, Халраш. Если вы называете людей жалкими, если так презираете нас, то зачем? Зачем вам невесты из человеческой расы? И зачем вам нужна именно я? Вокруг полно невест, которые с радостью станут вашей женой.
— Да, ты права. Все так, — произнес он со странной улыбкой. Коснулся рукою щеки, погладил слегка. — Но вам уже рассказывали, что женщин среди шиагов нет. Приходится брать что есть.
К тому же… меня устраиваешь ты. Я так решил. Ты будешь моей.
Халраш внезапно схватил меня за подбородок. Лицо, все такое же пятнистое, покрытое волдырями, приблизилось к моему.
— Ты станешь моей прямо сейчас, — сказал он со злостью и впился в губы поцелуем, грубым, жестким. А еще эти волдыри…
К горлу подкатила тошнота, я попыталась вырваться. Халраш зарычал и сам оттолкнул меня.
— Дрянь! Что, не нравится? Ты сама сделала меня таким. Теперь любуйся.
