Может, если бы раньше связалась с Ланкой, то смогла бы оказать помощь вовремя… И сестра не оказалась бы в такой ужасной ситуации.
Но я эти пять лет была полностью замкнута на себе, а потом еще и мама…
Я сижу, смотрю на Вальчика и слушаю, как передвигается по квартире Сергей.
Он тяжело топает, заставляя старый пол скрипеть, чем-то грохает на кухне, ругается…
А затем хлопает дверь, и становится тихо.
И я выдыхаю с облегчением.
Тяжелая, грубая энергетика этого мужчины давила даже на меня, постороннего человека.
Что уж говорить о Ланке? О Вальчике?
Неудивительно, что сестра такая усталая, такая замотанная.
Он мало того, что не помогает, постоянно попрекая ее больным ребенком, так еще и просто энергию пьет, словно вампир…
Встаю, иду на кухню, чтоб приготовить завтрак Вальчику.
Конечно, хозяйничать в чужом холодильнике, особенно после того, как меня прогнали из дома, не очень хорошо, но, с другой стороны, меня же уже выгнали?
Второй раз-то явно не выгонят.
А ребенок проснется и захочет есть.
Горе-папаша не оставил ему завтрак.
Достаю яйца и молоко, взбиваю, прислушиваясь к звукам из комнаты.
Вибрирует телефон.
— Марусь, ты как там? — голос Ланки безжизненный, усталый, — вы так спали хорошо, не стала будить…
— Все хорошо, Лан, — бодро отвечаю я, — я тут у тебя чуть-чуть хозяйничаю, ничего? Вальчик омлет любит?
— Он все любит, — голос Ланки теплеет, — спасибо тебе большое… А то я не успеваю вернуться к десяти, покормить его… Тут авария на работе, чтоб ее…
Слышу, как у нее там фоном шумит вода, ругаются мужчины, но решаю не уточнять по поводу происходящего.
Мне кажется, Ланка сейчас явно не в состоянии что-то пояснять.
— Не волнуйся, я приготовлю покушать… И с Вальчиком погулять схожу, только скажи, где ключ…
— Марусь… Да не надо… — Ланка в явном замешательстве от моего предложения, — я вернусь в двум точно. Мне на другую работу потом бежать, так что…
— Лан, мне не в тягость… Он в коляске гуляет обычно?
— Да… Ключ у меня в комнате, в шкафу, в шкатулке маминой… Помнишь ее?
— Да, конечно, с лебедями, да?
— Да… — Ланка делает паузу, за время которой шум и голоса мужчин становятся громче, — этот… Ушел?
— Да, — спокойно говорю я, — все нормально…
— Ох… — выдыхает с облегчением Ланка, — а то я переживала, что он тебе что-нибудь скажет… Не обращай внимания на него вообще…
— Лан, не переживай, все хорошо, — с убеждением говорю я, — работай спокойно.
