Ничего не понимающую Федосееву вьетнамцы затолкали внутрь, натянули капюшон на голову и велели смотреть в пол. Куда поехал автомобиль, Марина не поняла, но в пути они были минут тридцать, не меньше. Наконец «УАЗ» встал, Федосееву подтолкнули к выходу. На секунду подняв голову, Марина увидела, что находится внутри большого неотапливаемого помещения, судя по всему, гаража, рассчитанного на несколько грузовых автомобилей. Ничего не объясняя, вьетнамцы завели девушку на второй этаж, в небольшую пустую комнату с неоштукатуренными стенами и бетонным полом.
Из мебели в комнате были только два старинных венских стула. Вьетнамец, остановивший Федосееву на улице, велел ей снять дубленку и сесть на стул спиной к входу. Марина безропотно выполнила его указание. Через несколько минут раздались шаги на лестнице, и в помещение вошел невысокого роста желтолицый узкоглазый мужчина неопределенного возраста. Одет он был в спортивный костюм «Адидас», на ногах – кроссовки того же производителя. Незнакомец сел напротив Марины, улыбнулся и весело процитировал популярный стишок:
– Вдруг откуда ни возьмись появился Зашибись.
И такая дребедень продолжалась целый день.
Незнакомец говорил по-русски практически без акцента, но чувствовалось, что русский язык – не родной для него.
– Давай знакомиться, – предложил вьетнамец. – Тебя зовут Марина, а меня вы, русские, зовете Джо. Ханойский Джо. Человек, придумавший мне прозвище Ханойский, наверное, имел в виду, что я приехал в Советский Союз из Ханоя, но он был не прав.
Я приехал в СССР из города Хайфон. Но отчасти мой «крестный отец» был недалек от истины. Я родился в пригороде Ханоя, повзрослев, учился в русской школе при советском посольстве. Марина, ты знаешь, где находится город Ханой? Сможешь на карте с первого раза показать? Нет? Я так и знал! Женщины почему-то не интересуются географией. Это у мужчин на уме дальние страны, а женщине хорошо там, где есть любящий муж. Марина, мои люди понаблюдали за тобой несколько дней и пришли к выводу, что ты не отчитываешься перед родителями, когда не приходишь домой ночевать после «длинной» смены.
Я прав или нет?
– Они волноваться будут, – соврала Федосеева.
– Такая взрослая девушка, а мама с папой спать не ложатся, пока дочь домой не придет? Марина, давай считать, что это была последняя ложь, которую я услышал от тебя. Запомни: кто мне врет, тот плохо заканчивает. А пока, чтобы ты не считала меня дикарем из джунглей, я дам тебе возможность позвонить.
