Поморщившись, как от зубной боли, Федосеева подошла к столику, не глядя на Игоря, раскрыла блокнотик.
– Слушаю вас. Что будете заказывать? – спросила она.
– Где я живу, еще не забыла? – спросил в ответ Ефремов. – Завтра после работы жду тебя в гости.
– Завтра я буду занята, – холодно ответила девушка.
– Какая жалость! – сокрушился Ефремов. – В кои веки я зову тебя в гости, а ты не можешь прийти, ты вся в делах! Нехорошо старых друзей забывать. Тем более плевать в них не надо, может боком выйти.
– Ты мне угрожаешь? – с вызовом спросила Марина.
Она приготовилась дать отпор наглецу, но просчиталась. Ефремов знал, как сломать сопротивление девушки в одно касание, легким щелчком пальцев.
– Позвони хозяину кафе и скажи, что завтра к вам с проверкой придет санэпидемстанция. За ней следом – пожарная инспекция, потом – ОБЭП. Мои коллеги не успокоятся до тех пор, пока не вывернут ваш балаган наизнанку. Я пущу твоего хозяина по миру с голым задом, а уж он-то найдет, как отблагодарить тебя.
– Ты – подонок, – прошептала Марина.
Она была готова расплакаться от обиды, и первые слезинки уже набухли в уголках глаз, но тут за ее спиной началось какое-то движение, и она передумала. Бармен, по обрывкам разговора догадавшийся, что невзрачно одетый клиент издевается над официанткой, решил прийти ей на помощь. Неспешно, как хозяин положения, он подошел к столику и спросил:
– Какие-то проблемы, Марина?
– Проблемы у меня, – дерзко ответил Ефремов. – Сегодня я арестовал двух барменов, а где взять третьего – ума не приложу.
Конец года, план горит, а у меня одного бармена не хватает. Ты не подскажешь, кого бы арестовать для полного комплекта?
– Этот человек из милиции? – спросил бармен у Марины.
Федосеева обреченно вздохнула: «Да. Он из уголовного розыска».
Бармен с презрением посмотрел на хамоватого гостя и ушел за стойку – протирать и без того чистые стаканы."
"– Завтра в восемь! – приказным тоном уточнил время встречи Ефремов.
Марина промолчала. Игорь поднялся, подошел к барной стойке, заказал сто граммов водки.
Бармен с явной неохотой налил, подтолкнул стаканчик к клиенту. Ефремов, как заправский пьянчужка, залпом опрокинул стопку, но глотать водку не стал, а выпрыснул через губы содержимое стаканчика на барную стойку, на сверкающие чистотой фужеры, на белоснежную отутюженную рубашку бармена.
– Это что такое? – спросил он, вытирая тыльной стороной руки рот.
