Как он еще не научился силой своей энергетики двигать стены и вскрывать замки?
— Оля у тебя? — ответа ждать не стал, выхватив взглядом знакомые босоножки, направился в кухню. Ни «здрасте» тебе, ни «досвидания»…
— Ну, привет, Аверин, — вздохнула Данка и поплелась следом.
— Ты должна вернуть машину Баграеву, Оля, слышишь? Ты не можешь взять у него такой дорогой подарок! — когда Дана вошла в кухню, Аверин нависал над Ольгой как скала над морем.
«Ну всё, — мысленно закатила глаза Дана. — Приехали!»
Если кто-то мечтает добиться от Ольги длительного и изнуряющего противостояния, достаточно указать ей, что она должна и чего она не может.
Дана не ошиблась.
— Это я не могу? Отчего же, очень даже могу! Я уже согласилась принять «Порш»,— вспыхнула Оля под буравящим взглядом Аверина. Тот раздраженно постучал по столу.
— Он пытается купить твое расположение, неужели ты этого не видишь? Все, едем в салон, оформляем возврат, деньги вернутся Баграеву, а мы тебе купим то, что тебе понравится.
— Мне очень нравится «Порше Кайен», — внимательно глядя на него, ответила Оля. — А что пытаешься купить ты, Костя?
— Это совсем другое, — нетерпеливо начал Аверин, но Ольга его перебила.
— Конечно, другое. У Данияла есть все шансы стать членом нашей семьи. Вот поэтому я и принимаю от него подарок. Знаешь, что меня подкупает в нем? Он не считает это чем-то особенным, дорогим, он говорит о «Порше» как о груде железа.
— Шейх, …, — ворчливо буркнул Аверин, но Данке показалось, это его достаточно уязвило.
— Да он тебе пыль в глаза пускает, подкатывает через тебя к сестре твоей, как ты не поймешь, что сейчас на тебя посыплются подарки как из рождественского мешка."
"— Это не подарок, Костя, это благодарность, а благодарить тоже надо уметь. Дан умеет, у меня нет чувства, что меня одарили и облагодетельствовали. У меня есть чувство, что меня оценили. И мои поступки, и мой профессионализм.
— Глупости все это, Оля, поехали в салон, бери документы, в машине договорим.
— Да не поеду я никуда, — в сердцах отпихнула Ольга все ниже и ниже наклоняющегося к ней Аверина. — Знаешь, в чем разница между вами с Баграевым? Даниял просит. А ты требуешь. Вот в чем.
Тот смотрел немигающим взглядом, на лице не дернулся ни один мускул, но Данка откуда-то понимала, какое пламя бушует внутри.
— У нас с тобой все задокументировано и прописано, так как ты любишь, все согласно регламенту. Вот и давай ему соответствовать.
— Ладно.
