И если будешь распускать обо мне грязные сплетни, тоже.
Она знала, что это неправда, Даниял не станет за нее вступаться, но все равно хотелось так думать, пусть это были всего лишь глупые мечты.
Дальше Денис ее преследовать не стал, Дана вышла из ресторана и села в такси. И хоть обида еще давила на сердце, внутри появилось удивительное, пьянящее ощущение свободы, будто она сбросила лишний балласт. Не нужно больше ни под кого подстраиваться, подчиняться, что-то изображать. Даже дышать стало легче.
Данка прислонилась лбом к оконному стеклу.
Ночной город мелькал огнями, проносился мимо подсвеченными витринами, и ей вдруг подумалось, что Дан тоже где-то здесь, возможно, как и она едет по ночному городу. А может, даже думает о ней. И от этого на миг стало теплее.
* * *Город ночью был красив, особенно из окна квартиры, в которой жил Даниял, но он все никак не мог привыкнуть к шумной и хаотичной столице чужой страны после комфортного и излучающего спокойствие и уверенность Цюриха.
Захотелось на воздух, только самому бродить по улицам было как минимум странно, и Дан решил проехаться.
Хоть не настолько хорошо знал город, спасибо навигатору, довольно быстро вырулил на набережную. Снова вспомнился Цюрих и вид на Цюрихское озеро с Бюрклиплатц.
Наверное, он скучал по Швейцарии, но ни за какие деньги бы не отказался отсюда уехать. Он принял решение жить там, где встретил свою единственную и любимую женщину, где назвал ее своей женой и где был совершенно счастлив как больше никогда не будет. И там, где прожили свою маленькую короткую жизнь его дети…
Наверное, поэтому Дан не мог выбросить из головы ту трогательную парочку — кукольную девочку Настю и ее сурового старшего брата Никиту.
Старшего на пятнадцать минут, как ему деловито сообщила Нина.
Стоило вспомнить, как маленькие ручки обвивали шею, как щекотали светлые кудряшки, когда девочка доверчиво прижималась к его плечу, и грудь сводило от незнакомых раньше щемящих и болезненных ощущений."
"На какую-то долю секунды он даже сошел с ума, решив, что это и есть его дети.
Сын, похожий на него, и дочка, похожая на Данку — он их себе такими и представлял, они даже снились ему, правда, совсем маленькие. Он ведь не допускал, что они могут вырасти и стать такими большими.
Потому и бросился искать их мать в безумной надежде, что это его Дана, у них ведь даже имена похожи, Дана-Даша. Но это была не она, не Данка. Это была другая девушка, также как его Дана обманутая залетным горячим горцем, и Дан безумно ему завидовал.
