Не пресыщенное еще тусовками и идеальными женскими лицами, неискушенное, восторженное, когда каждую секунду проживаешь с удовольствием и с нетерпением ждешь, что случится дальше.
— Ну ты сам напросился, — предупреждает она и через пару секунд комната оглашается мелодией рок-баллады из девяностых.
Ярослава начинает пританцовывать ей в такт. Ее и без того короткое платье немного задралось и теперь все мое внимание заняли ее ноги. Туфли она сняла, как только мы зашли, по-домашнему оставив их у двери.
— Неожиданный выбор.
Эта песня старше тебя.
— Ее мой папа любил слушать. Он вообще рок обожал и умел на гитаре играть.
Удивительно, что она способна с таким теплом вспоминать отца, бросившего ее ребенком, и тем более слушать песни, которые он любил. Я не привык считать себя категоричным, но то, как поступили с ней ее родители, в моей шкале ценностей не поддается ни оправданию, ни объяснению."
"— Где танцевать училась?
— Я? — весело переспрашивает она, даже на секунду не переставая двигаться. — Нигде. Просто люблю танцы.
А что, красиво получается?
— Да. Я даже залюбовался.
— Спасибо. А я всегда думала, что танцую как корова на льду. Но меня это не смущает правда. Кому не нравится — пусть отвернется и дело с концом, так ведь?
У меня щеки болят от улыбки. Кому не нравится — пусть отвернется. Что это, если не внутренняя свобода? Давно я не встречал такую, как она. Настолько не замороченную на всем том, что в современном обществе подается как нечто очень важное.
— Я заказал салаты и второе на свой вкус.
Попросил то, что быстрее приготовится.
— А ты почему не танцуешь? — Проигнорировав сказанное, она подбегает ко мне и настойчиво тянет за запястье. — Пошли. А то получается, у меня у одной вечеринка.
Оставив полупустую бутылку на столе, я позволяю вытащить себя в центр комнаты, но ожидаемо не шевелюсь. Нет в мире силы, способной заставить меня танцевать.
— Ээ-й, ну ты чего, кайфоломщик? — укоризненно ворчит Ярослава, осознав, что ее попытки меня раскачать ни к чему не приведут. — Подвигайся хоть чуть-чуть.
— Я не танцую. Это железобетонная аксиома.
— Фу какой ты. Блин, жарко так стало… — Она слегка оттягивает декольте своего платья и дует, заставляя меня машинально в него заглянуть. Ее теплое дыхание доносит запах ее кожи без малейшей примеси туалетной воды. Сладковато теплый, весенний. — Пойду балкон открою.
Я смотрю, как она уходит в противоположный конец комнаты, как тянет на себя балконную дверь, чтобы быстро за ней исчезнуть, и иду следом.
