— О, супер тогда! Там новый фильм с моим любимым актером вышел… Давай на него сходим…
Когда звучит уже знакомое мне название, я готов рассмеяться. То есть мне все же предстоит досмотреть это безобразие до конца? Ладно, что уж теперь. Сам ведь дал ей возможность выбирать.
Через полчаса мы приезжаем в тот самый кинотеатр, в котором накануне я провел бездарных полтора часа. С девушками я в кино сто лет не был: Женя не слишком любила, а остальные отдавали предпочтения куда более модным заведениям. Купив Ярославе самый огромный попкорн (сладкий, как она и просила) и два литра еще более сладкой колы, мы размещаемся на своих местах.
Как ни парадоксально, но сегодня это не места для поцелуев, а середина зала. Она ведь ждала этот фильм, в отличие от меня, так что можно на время отказаться от грязных фантазий.
— Вот он, вот он! — верещит она с набитым ртом, тыча в экран пальцем. — Мой любимчик. Обожаю его. Классно играет.
Сказать, что этот изрядно затертый актер с шаблонным набором мимики «классно играет» у меня не повернулся бы язык, и большинство кинокритиков, к слову, со мной согласны.
Но самое удивительное, что обнаружившееся у Ярославы отсутствие вкуса к кинематографу, меня даже мало-мальски не напрягает. То, с каким неподдельным интересом она следит за происходящим на экране и как в волнении кусает губы, когда между главными героями происходит ссора, в которую, благодаря их бездарной игре и чересчур витиеватым диалогам (ну не разговаривают так люди в реальности!) нисколько не верится, меня, наоборот, умиляет.
И это ее приглушенное бормотание: «Ну вот ты за дурак, а? Любит же она тебя. Видно же, что любит» особенно. Определенно, смотреть кино с ней в разы увлекательнее.
— А ты почему не смотришь? — Видимо, почувствовав мое внимание, она переводит сияющий взгляд на меня. — Не нравится?
— Я вчера на этом фильме был, — честно признаюсь я.
— Правда, что ли? — Она так изумляется этому факту, что едва не опрокидывает ведро с попкорном мне на колени.
— А зачем тогда мы сюда пошли… Блин… Тебе же, наверное, жутко скучно.
Уж точно не скучнее, чем на первом просмотре, хочется ответить мне, но, к счастью, хватает ума сдержаться.
— Мы пошли, потому что ты хотела. Я кстати его до конца не досмотрел, так что скоро включусь.
— Блин… — В голосе Ярославы появляются совершенно особенные, почти нежные ноты: — То есть это ради меня? Блин, Алан… Ты…
— Я неподражаем, знаю, — со смехом отвечаю я. — Наслаждайся.
