Когда явились заспанные дети, убитая горем Мама Вера, Марина в драном стареньком пальтишке, объяснил задание:
– В первом контейнере работают Светка и Вовка. Во втором – Маринка и теща. Третий – за мной. Вскрывать ножами мешки, искать молочный пакет синего цвета. Или мы его найдем, или…
Что будет, если не найдут, Гриша даже придумать не мог. Заставил тещу стать на табуретку, уцепиться за край контейнера, обхватил ее ноги, поднял и отправил в мусор. Тем же способом перекинул жену.
Вовка сам забрался. А Светка заныла:
– Мне в школу надо.
– Школа отменяется! Полезай, ищи!"
"– Там плохо пахнет! И перчаток нет. А если меня кто-нибудь из друзей увидит?
Гриша показал кулак и коротко сказал:
– Убью!
Светка полезла в контейнер.
Дочь ныла и потом. То ее тошнит, то мутит, то ей дурно, то в туалет хочется, то нос чешется, а руки грязные. А кому приятно в чужих отбросах ковыряться? Гриша отвечал дочери тем же лаконичным: «Убью!» Но всем было понятно, что первый кандидат на смертный приговор – бабушка, Мама Вера.
Она очень хотела загладить вину, найти доллары, работала быстро и тщательно. Драла пакеты, перебирала мусор и приговаривала под нос:
– Бутылка, газеты, очистки картофельные, макароны, консервные банки, кофту выкинули, почти новую…
Вовка тоже периодически обнаруживал стоящие вещи:
– О, часы! Хорошие. Можно, я возьму?
– Нет, сыночек, – выглядывала из своего контейнера Марина. – Вдруг они заразные.
– Да тут кругом зараза! – кривилась Света. – Сплошные вирусы и бактерии.
Я заболею, у меня уже все чешется. Фи, гадость! Тухлая рыба.
– Убью! – привычно рыкал Гриша. – Хватит болтать! Ищите, работайте.
Стали выходить из подъездов первые люди. Брезгливо косились на копошащихся в мусоре. Не узнавали Гришину семью, и на том спасибо. Кто-то с отвращением сказал:
– Развелось бомжей!
Настоящие бомжи тоже появились, но первой, около семи утра, к ним подошла дворничиха. Она сразу поняла, в чем дело:
– Что выкинули?
Ей не ответили. Стыдно в глупости признаваться: пятнадцать тысяч баксов на помойку отправили.
– Никита из шестьдесят первой квартиры, – не дождавшись ответа, продолжила дворничиха, – тоже недавно пульнул. Мешок выбрасывал, а у него в руке ключи от машины были. Так я нашла. За пятьсот рублей.
Намек был прозрачен, но не воспринят. Своими силами обойдемся.
Гриша скрипнул зубами. У Никиты из шестьдесят первой квартиры «Ниссан Максима». А его, Гришин, «мерс» накрылся? Костя уже на подъезде к городу, наверное.
