Так что набросил лямку рюкзака на плечо, взял удочки и спустился на лифте вниз. Лифт в моем возрасте очень полезная штука, особенно когда работает. Возле парадной, как всегда, на лавочке греет свои косточки Никифоровна. Она на десять лет меня старше. Я помню ее еще молодой девушкой, мне было восемь, а ей восемнадцать. Она всегда относилась ко мне с уважением. Я всегда чувствовал, что относится она ко мне не так, как к остальной детворе. Как-то более уважительно, что ли. Всегда по имени обращалась и разговаривала как со взрослым.
Бывало, что встретит меня на улице, вроде как случайно, и скажет: — Ты сегодня в школу иди через переулок, не иди по главной улице. А я всегда к ней прислушивался, был повод. А потом я узнал, что как раз в то время, когда я должен был идти в школу, на дороге по которой я всегда ходил в школу, случилась авария. Троллейбус, уходя от столкновения с легковым автомобилем, выехал на тротуар, оборвал высоковольтные провода, которые упали на тротуар, и врезался в лестницу, по которой люди поднимались в хлебный магазин.
Результат — двое раненых и один погибший. Та что я прислушивался к тому, что говорила мне эта девушка, а какая она красивая была. Сейчас же, когда я вышел из подъезда, на меня смотрели все те же глаза, только очень уставшие.
— Доброе утро тебе, Ольга Никифоровна.
— И тебе не хворать, Кириллушка. Что, опять на встречу ветеранов собрался?
— Да, Ольга Никифоровна. А что, что-то чувствуешь?
— Да вот как тебя увидела, так-сердечко-то и кольнуло.
Вроде и нет у меня ощущения, что помрешь, но что-то говорит мне, что больше мы не увидимся. Может не поедешь в этот-то раз. Больно не хорошие у меня ощущения.
— Не могу я не поехать, это вроде как своих предать, раз могу еще двигаться, то должен поехать и помянуть ребят.
— Ну поступай как знаешь, Кирюша, ты уже большой мальчик, только вот я с тобой попрощаюсь. — Она встала со скамейки, подошла ко мне обняла меня поцеловала в щеку и перекрестила.
— Наверное настало время… — неожиданно сказала она. — Ты ведь знаешь, что я за тобой всю жизнь приглядывала. Это, наверное, и было главной задачей в моей жизни, и я свою задачу хорошо выполнила. Прощай, Кирилл. Может откажешься?
— Не могу, Оля, не могу. На всякий случай прощай, но думаю еще увидимся сегодня, я без ночевки еду. Вечером назад хочу вернуться."
"— Ой, не хорошее у меня чувство, Кирилл. Но, как знаешь, наверное, это судьба. Прощай.
