– А если нет выбора?
– Выбор всегда есть, Мишель, только большинство под чувством страха и навязанных понятий, двигаются в неправильном направлении, не хотят принимать очевидного и сливаются с массой, – мягко отвечает Ник.
Я замолкаю и понимаю, что мы не называем имён, но говорим обо мне и моей семье. Горло сдавливает, и я моргаю, чтобы не портить настроение.
– Мишель, – зовёт меня тихо Ник, и я концентрирую на нём туманный взгляд.
– Да?
– Тебе не нравится твоя жизнь?
– С чего ты взял?
– Ответь. Постарайся ответить честно, ведь я честен.
– Нравится, у меня всё есть: деньги, стабильное будущее, семья, друзья. Да и мы не выбираем свою жизнь, она такая, какая есть, – я натягиваю улыбку и допиваю шампанское, принимая непринуждённый вид.
– Врёшь, но я не виню тебя. Принимаю. Почему ты не хочешь впустить меня в неё? – Этот вопрос обескураживает меня, и я недовольно отворачиваюсь к окну, где располагается город с мерцающими огнями.
Но желание докопаться до его истинных мыслей берёт верх, и я резко поворачиваюсь и спрашиваю:
– Зачем тебе это? Тебе плохо в твоей тайной жизни?
– У меня не тайная жизнь, крошка.
Я её не демонстрирую каждому встречному, это личное пространство, в которое не допускаю посторонних.
– Зачем тебе я? Ты сам сказал у тебя всё прекрасно, размерено, и, уверена, девушки за тобой толпами бегают. А я не собираюсь с тобой спать, у меня есть парень, – заявляю и удерживаю его холодный взгляд.
– Заметь, не я упоминаю о сексе, Мишель, – усмехается он, а я скриплю от злости зубами.
– Но ты не можешь отрицать, что между нами существует больше, чем общение, – парирует он и пытается вытянуть из меня душу. Это ещё больше выводит меня из себя, до яростно бьющегося сердца возмущает меня его уверенность.
– Не могу понять тебя, – тихо произношу я.
– Тебе и не надо понимать меня, ты должна просто расслабиться рядом со мной и дать мне возможность заботиться о тебе. Ты должна быть в первую очередь женщиной, а не бороться со мной. Это только заведёт тебя в тупик, из которого нет пути.
И в данный момент ты именно туда и идёшь, лишь из-за страха отвергая саму себя. Это глупо, – цокает он и щёлкает пальцами, официант тут же реагирует.
– Счёт, – бросает Ник без предисловий, и парень, собирая со стола тарелки, уносится вглубь ресторана.
Одиннадцатый шаг
Откидываюсь на спину стула и беззастенчиво смотрю на него. Красивый и холодный. Я чувствую, что он одинок. Для меня он загадка, тайна, которую невозможно раскрыть, но я хочу этого.