Днём, как и обещала, приехала Мори, за обедом подробно описавшая Барфинисе все увиденные вчера красоты, поскольку дядюшка Олвенус не слишком интересовался темой садоводства. Экономка согласилась, что ради этого стоит потратить свой выходной, хоть и не разделяла бурных восторгов девушки. Чуть позже, сидя в полюбившейся им беседке, две подруги склонились над книгой, открывая одну закладку за другой. И скоро Морвениса уже заливалась смехом, вполголоса давая свои пояснения смущенной Тиль. Допивая чай, веселая брюнетка напомнила о завтрашней прогулке в городском парке и вскоре покинула гостеприимный дом, унося с собой прочитанные подругой книги.
В эту ночь кошмар снова заявил свои права на Лантиль. Уже знакомые лица, громкий смех, блики на двух красных пятнах на полу, шаги за спиной… Девушка едва успела увернуться от тяжёлой руки, опускавшейся ей на плечо.
— Осссталосссь тридцать пять дней!
Окончательно проснувшись, Тиль подумала, что порядком устала от жуткого шёпота и от самих снов, а в особенности от угнетающей их однообразности.
— Хоть бы что-то новое появилось! — с досадой буркнула девушка, встав с постели.
Заехавшая за ней почти сразу после завтрака Морвениса не стала отпускать экипаж. Она лишь получила у Олвенуса дозволение самой сопровождать Лантиль, не утруждая Уллу, пообещав привезти племянницу в целости и сохранности к обеду. Дядюшка, сбитый с толку потоком красноречия брюнетки, сдался быстро, не заметив нахмуренных бровей рыжеволосой служанки, что всегда сопровождала Тиль с самого детства юной леди.
Вскоре к двум девушкам присоединился Мальвадус. Захваченная им мандолина прекрасно оттеняла утонченный образ мужчины. Его длинные пальцы и без того навевали мысли о музыкальных инструментах, а одухотворенное лицо с тонкими чертами намекало на склонность к изящным искусствам.
На этот раз компания молодых людей сразу свернула с центральных аллей парка и нашла прибежище в уютной беседке в стороне от желающих насладиться видом обсуждаемых всеми цветников.
Голос у Мальва оказался не слишком сильным, но приятного тембра, чуть высоковатого на вкус Тиль. Но для выбранных мужчиной модных песенок о любви чистый и нежный тенор подходил как нельзя лучше, этого девушка отрицать не могла."
"Так же посчитали и проходящие мимо стайки барышень, привлечённые красивыми мелодиями и стекавшиеся к уединённому уголку. Юные леди и лери бросали на Мальвадуса кокетливые взгляды, одаривая мужчину улыбками.
