Шутливые разговоры становились всё громче, особенно когда оркестр приступил к своим обязанностям.
Арвендус, слишком узнаваемый из-за высокого даже по меркам лордов роста, вскоре устал раскланиваться со всеми, кто поспешил поприветствовать героя. Кокетливые женские взгляды из-под блистающих каменьями масок тоже утомили своей нарочитой любезностью.
Он постарался незаметно улизнуть от последней группы лордов, подошедших к нему с поздравлениями по поводу недавней помолвки, решив подождать Эрленда в засаде, которую легко устроил в ближайших к шатрам зарослях декоративных кустарников.
А для этого утащил одну из садовых скамеек с пока ещё малолюдной аллеи. К счастью, эти манёвры удалось провести скрытно, а потому маскировку пока никто не разоблачил.
Хотя очень скоро у выбранной диспозиции обнаружились неожиданные неудобства. Как-то неудобно показалось подслушивать чужие разговоры. Особенно, когда они касаются твоей особы. О генерале с придыханием шушукались барышни, сожалеющие о выбывании такой кандидатуры с рынка женихов.
Как ни странно, но и молодые люди не обходили стороной его особу, выражавшие притворные соболезнования несчастному малому, которому ради титула приходится жениться на навязанной невесте. Внимательный наблюдатель наверняка заметил бы явную зависть, мелькавшую в глазах этих неудачников, каждый из которых с удовольствием женился бы хоть на вдовой старушке, приписывая свою мечту обсуждаемому военачальнику.
В какой-то момент Венд чуть не выскочил из своего укрытия, готовясь отхлестать позолоченным деревянным мечом наглецов, что крови не видали, а смеют… Но подвыпившая группа юнцов успела удалиться, подзываемая товарищами.
Замешкавшийся генерал, отводящий густые ветви кустарника, залюбовался тонкой фигуркой изящной девушки, что закружилась птичкой под долетающие и сюда звуки весёлых танцев, ради которых и любили этот праздник многие горожане."
"Почему птичкой? Ну, одна только украшенная перьями маска уже могла бы послужить причиной подобного сравнения.
Хотя и остальной наряд не оставлял ни малейших сомнений, что за костюм был выбран барышней. Длинные рукава её платья были стилизованы под крылья, тоже украшенные перьями. И всё это было выкрашено в ярко-алый цвет, чтобы усилить сходство со сказочной птицей, что возрождается из пепла. И хрупкость тоненьких рук, высокой шеи, тонкого стана лишь подчёркивали воздушность девушки в красном. Казалось, взмахни она крыльями, и правда полетит.
