Но потом ты начинаешь думать, что тебя никто не любит, ты абсолютно, безнадёжно одна, мир пуст, нет живой души, которая понимала бы тебя.
И вот словно разряд молнии бьёт в самое сердце — а ведь ты сейчас совершенно одна! Пусть несколько часов назад тебя преследовала иллюзия, что тебя любят, что есть близкий-близкий человек, почти родной, но это только мираж, всем есть дело только до себя, и этого не изменить — таковы люди…
Боль застревает где-то в сердце. И тогда я пытаюсь заснуть, чтобы на следующий день снова наслаждаться иллюзией, что рядом есть человек, близко-близко…
Я знаю, что люди не понимают меня.
Я тоже не понимаю людей. Окружающие улыбаются мне и тут же втыкают нож в спину. Я улыбаюсь людям, но всегда готова к обороне. Моё сердце постоянно ноет, и шрамы на нём никогда не исчезнут. Если меня хотят посадить в клетку, я ломаю замки. Если я кому-то нужна, я прихожу на помощь, но потом снова исчезаю.
Темны мои пути, и никто не знает, где я брожу. Я одинока и свободна.
И на тот момент это было прекрасно… Одиночество — это наркотик, не приносящий кайфа, но вызывающий привыкание. На самом деле в небольших дозах кайф всё-таки полезен.
Иногда я напоминала себе котёнка, который, чувствуя тепло, тупо тыкается слепой пушистой башкой в чужие руки…
Порой потерянная бродишь по улицам в одиночестве и вдруг чувствуешь родной парфюм. Поднимаешь глаза, с наслаждением вдыхая знакомый аромат, и ищешь человека взглядом… А рядом какой-нибудь невзрачный человечишка, ровно ничего для тебя не значащий…"
"Идёшь в летнее кафе, садишься за столик, облачко знакомого сигаретного дымка окутывает тебя, ты с надеждой оглядываешься по сторонам, а за соседним столиком незнакомый мужик с какой-то бабой курят и пьют вино… Это опустошает.
Одиночество начинает тяготить, ты мечешься, спокойствие уходит. Душа начинает тихонько ныть, пробуждённая весной, как ноет старая рана иногда в дождь, — значит, душа ещё жива. Болит — значит, я ещё жива… И это никак не связано с количеством людей рядом с тобой — это сугубо душевное состояние, которое у меня, например, особо остро проявляется при общении с самыми близкими людьми.
Одиноким можно быть и в толпе, если не открывать никому своих истинных чаяний и соображений. Господин Шопенгауэр сказал: «Быть взрослым — значит быть одиноким». Если вам есть чем заняться, одиноким вы себя чувствовать не будете.
Но сейчас я стала рассуждать совсем по-другому.
