Рядом за одним столиком оказались трое девушек на выданье, которые разом повернулись в сторону новенького. Что не говори, а брутальный вид и уверенный взгляд в тёмных очках стройного молодого человека с заявкой во внешности на гангстерский типаж сразу приковывает внимание слабого пола. Девчата ещё синяка не видели…
Подружки разом замахали ручками, привлекая внимание незнакомого парня и показывая пальчиками на свободный четвёртый стул рядом с ними. Тимур улыбнулся, сделал пару шагов в нужную сторону, как вдруг заметил слева от себя, за бюстом Ильича, свободный стол с небольшим портретом на подставке, перед которым стоял полный стакан, прикрытый куском хлеба.
Абсолютно пустой стол без стульев, покрытый белой скатертью, портрет на подставке и перед ним, скорее всего, стакан водки. Странно…
* * *Кантемиров приветливо махнул девчатам и кивнул в сторону портрета. Мол, подождите, сейчас буду. Подошёл к свободному столу и увидел за стаканом чёрно-белое фото молодого мужчины кавказской национальности, обрамлённое чёрной лентой.
Внизу портрета закрепили табличку с надписью. Тимур снял очки и прочитал: «Мусаев Аликбер Амин-оглы. 1962–1994», затем поднял голову и обратил внимание на два соседних стола, сдвинутые вместе, за которым в ряд у стены, сидели четверо мужчин явно бандитской внешности. Столы накрыты соответственно статусам верхушке организованной группировки. В центре стояла огромная бутылка заморского виски.
Невиданная роскошь…
Лейтенант милиции сразу узнал всех по фотографиям капитана Рифкина: Лапа с Тюриком и Хирург с Кимулей.
Хотя столы и сдвинуты вместе, старшие бандиты сидели ближе друг к другу, а молодые бригадиры устроились немного в стороне. Витя Вольф и Вова Ким оказались одного роста с Тимуром, и примерно одной комплекции. Блондинистый немец и черноволосый кореец за одним столом. Интернационал…
Вся великолепная чётверка уставились на залётного фраера с заметным синяком под глазом.
Откуда нарисовался и чьих будет?"
"Тимур со слов Эдуарда знал о назревающем конфликте в руководстве бандитского сообщества. Обычное дело в уголовном мире. Однако, засекреченный лейтенант милиции не мог знать, что именно сегодня, в сороковой день со смерти Аликбера Мусаева, разногласия между Леонидом Лапиным и Иваном Тюриным достигли своего пика.
