Всего несколько фраз.
Стоп. Это же испанский? Знаю только отдельные слова.
Когда Марат успел выучить язык?
Похоже, в тюрьме он время зря не терял."
"Общение длится не больше минуты, и даже не зная языка, понимаю, что Марат здесь главный. Он сам управляет этими людьми.
Такой поворот выбивается из общей картины моего восприятия. Марат одиночка. Он приехал ко мне один, и потом тоже никого не подключал для прикрытия. Мы удирали от погони вдвоём. А теперь вдруг оказывается, у него есть целая команда.
Хаген в курсе?
Вдоль позвоночника льётся холод.
Слишком много вопросов. И я не уверена, что хочу получить ответы.
— Пора ехать, — Марат обращается ко мне и открывает дверцу.
Занимаю место на заднем сиденье.
Он усаживается рядом.
— Куда мы едем? — спрашиваю, прочистив горло.
— Увидишь.
Марат достаёт телефон. Всего пара гудков — из динамика доносится мужской голос.
Опять идёт разговор на испанском.
Смотрю по сторонам. Оборачиваюсь. Мы едем в кортеже машин. Нас прикрывают.
Как и когда Марат успел об этом договориться? Неужели я не слышала звонок? Пропустила какой-то разговор?
Хотя он отправлял несколько сообщений.
Точно. Вот и ответ.
Слежу за дорогой. Понимаю, мы направляемся в аэропорт.
Безумие. Так нас легче всего поймать. Хаген наверняка взял под контроль каждый аэропорт в городе.
Мы несёмся прямо в ловушку на полной скорости.
Или… у Марата и правда есть план?
Похоже на то. Когда-то я и правда доверяла ему. Или думала, что доверяла.
Виски начинают ныть от этих путинных размышлений.
— Ты зря боишься, — хриплый голос Марата заставляет вздрогнуть.
Не заметила, когда он успел завершить свой разговор.
Поворачиваюсь, ловлю на себе его тяжелый взгляд и ничего не отвечаю.
— Кстати, ты знаешь, что мы до сих пор женаты? — небрежным тоном интересуется он, будто речь идет о прогнозе погоды.
— Что? — невольно приподнимаю бровь.
— Ты моя жена.
— Разве ты не получил документы о разводе? — хмурюсь. — Но это не важно. Все давно оформлено.
— Я тебе развод не давал.
— Это и не требовалось, — пожимаю плечами. — Мой адвокат…
Марат вдруг накрывает мою ладонь своею. Сжимает так, что остаток фразы забивается в горле, и я больше ничего не могу сказать.
— Моя жена, — чеканит он. — Ты моя, Вика.
Так и не удается ничего ответить.
Машина заезжает на территорию аэропорта. И я напрягаюсь в ожидании засады, но ничего такого не происходит.
Водитель паркуется. Мы выходим.
Частный борт. Такое бы точно не прошло незамеченным.
