– Почему?
– Он приглашает Поупа выпить, чтобы заключить сделку. – Она склонила голову в их сторону, многозначительно изогнув бровь. Папа и Поуп стояли рядом друг с другом и со смехом пожимали руки. Я ухмыльнулась. Так радостно было думать, что Поуп никуда не исчезнет, что когда мы прославимся, то не будем теми незнакомцами, которые время от времени обмениваются рождественскими открытками. Я оглянулась на нее.
– А как насчет тебя? Ты пойдешь со мной?
Она усмехнулась.
– Я пас. После того, как Поуп с папой закончат, я намерена выпить с ним что-нибудь еще, так что я иду с ним.
– Ты серьезно? – Мои глаза расширились от удивления.
– Абсолютно. Ты его видела? Он великолепен, и он очень повзрослел, пока мы были в Калифорнии. Ты ведь не возражаешь, не так ли?
– Конечно, нет, ты, маленькая развратница. – Я рассмеялась.
Она пожала плечами и с важным видом направилась к ним. Я покачала головой. Рафферти и Поппи. Кто бы мог подумать?"
"В такси я позволила себе напомнить о том, что Поуп однажды прикоснулся ко мне не слишком «по-дружески», и я не была уверена, примет ли это Поппи.
Я послала ей короткое сообщение, где призналась, что мне нужно ей кое-что сказать, и, возможно, ей следует отложить секс с моим лучшим другом.
Ее ответ последовал незамедлительно.
Поппи: Ради бога, не беспокойся о нас! Просто иди домой.
Я: Мы с Поупом кое-чем занимались. Это ничего не значило для нас обоих, но все же случилось. Я не хочу, чтобы эта новость застала тебя врасплох.
Поппи: Бу! Пока!
Вернувшись домой, я вставила ключ, толкнула дверь и заперла ее за собой.
Тяжело вздохнув, я сняла пальто и повесила его в прихожей, раз и навсегда сбросив туфли.
– Ох, больше никогда не буду ходить на высоких каблуках, – объявила я пустоте вокруг.
Найдя стакан воды, я поднялась наверх в старую детскую комнату, которая теперь едва ли напоминала мне о моих юных годах. Настоящий период своей жизни я сравнивала с замком Карлайл. Я толкнула приоткрытую дверь. И как только я это сделала, стакан выскользнул из моих пальцев и бесшумно упал на ковер.
Из моего горла вырвался крик.
– Мы должны прекратить встречаться вот так, – сказал Вон, расположившись на моей кровати и глядя на меня так, словно ничего не произошло.
Как будто он никогда не уходил.
Как будто он не вломился и не проник в мой дом в тысячный раз.
Как будто посреди моей комнаты не стояла шестисоткилограммовая скульптура – в натуральную величину, гигантская и потрясающая. Я никогда не видела ничего подобного.
